Хербьёрг Вассму - Седьмая встреча

Турстейн ни разу не обмолвился, что ему все известно о Турид и Горме. Он был добродушен, весел и заинтересован в работе. Он изложил свой план стратегии фирмы, с которым она должна встретить новые времена, как он выразился. Главное, иметь нужные товары для нужных покупателей. Нет смысла, к примеру, продавать бикини на Нордкапе.

Хенриксен и Хауган были довольны. Прежде чем завтрак кончился и все разошлись по своим местам, Хенриксен дружелюбно хлопнул Турстейна по плечу и дважды заметил: «Высший сорт!»

Оставшись вдвоем, Турстейн и Горм одновременно произнесли имя Турид, и обоим стало смешно.

— Будущего у наших отношений не было, но пока они продолжались, это было приятно, — сказал Турстейн.

— Хорошо, — коротко сказал Горм. — Выпьем вечером пива?

— Выпьем, — с облегчением согласился Горм.

В ту же минуту Горму сообщили, что ему звонит дама. Он взял трубку, Турстейн махнул ему на прощание и ушел.

Звонила Турид. Ей нужно встретиться с ним. Сегодня же. Как только Горм услышал ее голос, он понял: что-то случилось.

— Я так давно тебя не видела, — сказала Турид.

— У меня много работы.

— Мне надо поговорить с тобой.

— Встретимся в четыре возле магазина, — сказал он, помедлив.

— В «вольво»? — жалобно спросила она.

— В «вольво», — подтвердил он.

Турид была очень красива и даже торжественна. Светлые полосы обрамляли ее лицо. Он смотрел на нее сбоку, она молчала и разглядывала свои руки.

— Что ты хотела мне сказать?

— Вот остановимся где-нибудь, и скажу.

Он свернул на лесную дорогу и остановился у озера. В затылке сверлила какая-то белая точка, поэтому когда Турид сообщила ему свою новость, она прозвучала уже эхом.

— У нас будет ребенок. — Турид беспомощно поглядела на него.

Презервативы. Господи, как глупо! — подумал он. Тогда в первый раз на пирушке у Турстейна, он ими не воспользовался.

— Ты уверена?

— Да. — Она не спускала с него глаз. Горм мог утешаться только тем, что ей, наверное, сейчас еще хуже, чем ему. Для нее это катастрофа, подумал он. Он знал, что в подобных случаях мужчина должен сказать: «Мы поженимся». Но не сказал. Правда, он обнял ее и слегка прижал к себе. Но это не могло утешить даже его самого.

— Надеюсь, мы поженимся? — услыхал он ее голос.

В отцовском «вольво» образовался вакуум. Он приник к лобовому стеклу даже снаружи; липкий и пустой, он тянулся до самого моря. Красное небо с зеленовато-желтыми просветами на западе. У края воды не в такт покачивались бутылка из-под колы и консервная банка.

— Турид, мы ведь совсем не знаем друг друга.

— Ты это уже говорил.

— Ладно. Там видно будет. Я отвезу тебя домой. Мы еще подумаем.

Он включил мотор и задним ходом вывел машину из кустарника.

Турид не плакала. Ее крупные розовые губы выражали подавленность. Почему он раньше не видел, что у нее такой плотоядный рот?

— Можешь высадить меня на площади, — жестко сказала она.

— Зачем?

— Не твое дело, подонок!

— Разве мы не оба виноваты в случившемся? — спросил он и резко свернул, чтобы не столкнуться с мотоциклом.

— Я думала, что нравлюсь тебе. Ты так на меня смотрел. Турстейн тоже так думал. «Горм по уши втрескался в тебя», — сказал он мне однажды.

Она жестко засмеялась и вызывающе посмотрела на него.

— Будь добра, не вмешивай в это дело Турстейна. Если только он действительно тут ни при чем.

Через мгновение ее рука обожгла его щеку, так что машина съехала на обочину. Он доехал до разъезда и остановился. Закипевший в нем гнев пробкой застрял в голове.

— Зачем ты это сделала? — спросил он, откинувшись на спинку сиденья и крепко держа руль. Протянул ноги, насколько позволяло пространство. Расправил плечи. В салоне было не так много места.

— Ты сказал это так, будто отцом ребенка мог быть Турстейн.

Пока она произносила эти слова, Горм бессознательно подумал, что это был бы неплохой выход. Он позволил себе засмеяться.

Тогда она подняла обе руки, и на его голову обрушился град ударов. Турид была сильная.

Сперва он не двигался под ее ударами, это было так дико. Потом схватил за запястья и прижал ее руки к своей груди.

— Перестань! Довольно! Неужели ты не понимаешь, что я не могу ударить тебя?

Она упала на него, стараясь перевести дыхание. Против воли он обнял ее. Шло время. Какой-то автомобиль, проезжая мимо, сбавил скорость, и водитель уставился на них через боковое стекло.

Мать встретила его в холле.

— Ты должен был предупредить меня. Твой отец всегда предупреждал, если не мог приехать к обеду. Всегда!