Чайковская - Unknown

юноши растянулись на века, сообщил Тессетен. – Ты же спрашивал о ней, – он

нарочито-манерно взмахнул рукой в направлении сидящего в изножье

черноглазого красавца-ори. – А это Ал, которого ты так мечтал увидеть.

Да-да, именно его, этого пустого, как диппендеоре, верзилу показал ему Дрэян в

Эйсетти. Что в нем от Учителя? Всего ничего.

Положительно, они сговорились.

– А у вас тут еще Алы есть? – насмешливо спросил Фирэ. – Я всегда считал, что

у меня только один Учитель…

Взрослые переглянулись.

– О чем он? – не понял ори Ал.

– Да… бредит! – безнадежно объяснил аринорец Ал. – Наверное, ударился

головой, когда падал. Он Падший. Знаете, что это такое?

Южанин и беременная северянка отрицательно помотали головой, таращась на

соседа Фирэ.

– Так тем более – что вы тогда тут делаете?! – возмутился тот. – Что, работы

вам нет? Сейчас найдем! Ну-ка проваливайте отсюда оба! Идите учить азы!

Тессетен не то шутил, не то был серьезен. Брюнет попрощался с ним и, обняв за

плечи рыжеволосую, увел ее из комнаты.

Спровадив парочку, Сетен повернулся к Фирэ:

– А теперь слушай, тринадцатый ученик, слушай грустную повесть, которую

тебе так или иначе придется узнать – и лучше раньше, чем позже!.. Ал тоже

когда-то был Падшим…

* * *

День Ко-Этла, лидера аринорских переселенцев в Краю Деревьев с Белыми

Стволами, всегда начинался одинаково. Вставал он ни свет, ни заря в одно и то

же время, непременно включал трансляцию из Аст-Гару и слушал вечернее

выступление правителя Ариноры. Слушал он его, вытянувшись по стойке

«смирно», и выправке беловолосого красавца мог бы позавидовать любой

гвардеец. После трансляции он всегда умывался и уходил бегать в парке, разбитом именно для этих целей неподалеку от его дома. К тому времени, когда

он заканчивал обливания и приступал к завтраку, Тау-Рэя, главный город

эмигрантов в Тепманоре, только начинал просыпаться.

Изучив накопившийся за вчерашний день список задач, Ко-Этл принимался по

очереди вызывать к себе помощников и раздавать поручения. Выглядел он при

этом впечатляюще: в белоснежном мундире, гладко причесанный, с ухоженной

бородкой. Ко-Этл очень прямо восседал в кресле с высокой спинкой, а на стене

прямо над ним, прищурив острые глаза, взирал на входящих диктатор, портрет

которого украшал световое панно. И за исключением бородки лидер

переселенцев был точной копией гладко выбритого правителя.

Столь же организованной и расписанной по минутам была жизнь каждого

эмигранта-аринорца. Они словно никуда и не уезжали со своего северного

острова. Тау-Рэя функционировала, как солнечные системы Галактики – четко, по раз и навсегда заведенному порядку.

Сегодня в перечень дел Ко-Этла закрался неожиданный пункт, из-за которого

ему пришлось тщательно просчитать и сдвинуть время, остающееся для иных

мероприятий. Впервые за все эти годы на связь с Тепманорой вышли

руководители южной экспедиции ори. К изумлению всех северян, одна

высокопоставленная персона из проводящих переговоры была женщиной.

Аринорцы давно уже заперли своих жен и дочерей в домах, позволив им

властвовать исключительно в пределах семейного угла. Это считалось тут

нормой, этому нашлись даже какие-то подтверждения в исторических

источниках законов древних аллийцев. Правда, ори так и не смогли отыскать

сих источников, ну да кого теперь интересует мнение политического врага?

Достаточно того, что подлинность этих документов подтвердил сам диктатор.

А здесь, в Тепманоре, Ко-Этл внезапно для себя услышал в переговорнике

приятный, но очень твердый и уверенный голос женщины. Северянки не смеют

так разговаривать с мужчинами! Однако отказать этой разнузданной незнакомке

во встрече на территории Тау-Рэи он не смог. Ему стало поистине любопытно, чем живут соседи по континенту, о которых они совсем ничего не знали до

недавнего времени. У Ко-Этла было достаточно полномочий, чтобы принимать

самостоятельные решения, не беспокоя по пустякам Ведомство Великой

Ариноры. Правительству сейчас не до колоний, на родном острове своя жизнь, своя война. И Ко-Этл попросил у ори Ормоны отсрочки для обдумывания, а сам

наскоро собрал совет из ближайших помощников.

Аринорцы взвесили все аспекты выгодности такой встречи и решили, что могут

позволить себе принять гостей-южан, не опорочив при этом Тау-Рэю, где