Кэтрин Сатклифф - Единственная моя

- О Господи, - прошептала она, побежав быстрее, когда звук сделался громче и она узнала мужские голоса и услышала звон лопат о камень. Наконец впереди забрезжил свет, становясь ярче по мере того, как она приближалась, до тех пор, пока тени на стенах не приняли четкие очертания и, в конце концов, не оказались настоящими людьми.

- Майлз? - Закричала она. - Ты здесь?

Майлз вырос перед ней внезапно, словно возник из-под земли, до неузнаваемости грязный и ошеломленный ее появлением.

- Какого дьявола... Оливия?

Засмеявшись от радости и облегчения, она бросилась к нему в объятия, уронив свечу на пол. Майлз крепко прижал ее к своему мокрому телу.

- Они там все говорят, что вы умерли, - пробормотала она.

- Устали, но не умерли. - Он отодвинул ее на длину вытянутых рук. Лицо его было осунувшимся, но счастливым. - .Они живы. Мы пробьемся к ним с минуты на минуту.

Нахмурившись, он заглянул через плечо жены.

- Кто еще с тобой?

Она покачала головой.

- Ты пришла сюда одна? - возмущенно спросил он.

- Мне пришлось... Беда... - Оливия сглотнула и попыталась перевести дух. - Макмиллан вернулся из Ньюбиггина, и он не один... он привез с собой Либински.

***

К тому времени когда Оливия и Майлз выбрались на поверхность, ее легкие жгло от напряжения, а в ушах звенело молчание Майлза. Она хорошо понимала, какие мысли проносятся в его голове. Их будущее зависело от исхода этого противостояния.

Возбужденная толпа аплодировала и шумела, но затихла, как только Майлз вышел из ворот шахты и направился прямо к Либински. Какая-то женщина вскочила на ноги и закричала:

- Где мой муж, сэр? Вы нашли моего мужа? Какой-то мужчина схватил ее и оттащил в сторону, плачущую и ждущую известий о заточенных под землей шахтерах. Либински медленно повернулся, глаза его расширились при виде грязного, мокрого, окровавленного Майлза, угрожающе надвигающегося на него. За какой-то миг на лице Либински отразилось изумление, замешательство и испуг.

В следующую минуту Боб Макмиллан шагнул между Майлзом и Либински, резко остановив Майлза. Стоя лицом к лицу со своим управляющим, Майлз гневно уставился в глаза Боба и процедил сквозь зубы:

- Почему, черт возьми? Ты работал на мою семью восемь лет. Мы взяли тебя из шахты и поставили управляющим.

- Тут нет ничего личного, сэр. Вы были ко мне очень добры. Но человек должен думать о своем будущем, а мистер Либински предлагает мне долю в этом деле.

- Доля пшика - это пшик, Макмиллан. Я не намерен продавать шахту. С какой стати мне делать это, когда мы только что откопали новый пласт? У Либински не хватит денег, чтоб заплатить мне столько, сколько стоит теперь компания.

- Пока вы не вытащите людей наверх, сэр, ваша компания ничего не стоит.

Оливия подошла к Майлзу и взяла его за руку. Майлз коротко взглянул на нее, потом перевел взгляд на Либински.

- Так вот в чем дело. Ты настроил против меня людей, чтобы вынудить меня продать компанию за бесценок.

Либински пожал плечами и ухмыльнулся с преувеличенной важностью. Седые кустистые бакенбарды, низко спускающиеся на скулы, делали его похожим на паука. Он сунул большие пальцы за проймы жилета и улыбнулся.

- Ну, без гроша-то ты не останешься, - сказал он. - В конце концов, у тебя есть денежки твоей жены.

Майлз ринулся на него, но Макмиллан схватил его сзади и швырнул на землю с такой силой, что воздух с шумом вырвался из его легких. Он услышал крик Оливии, потом какая-то тяжесть навалилась ему на спину.

Придавив Майлза коленом, Макмиллан сказал:

- Думаю, мы должны дать людям решить, на кого они хотят работать. А вы как думаете, сэр?

- Ублюдок, - бросил Майлз сквозь зубы. - Если они уйдут, я найму других.

- Сомневаюсь. Это с такой-то дурной славой этих шахт? Вряд ли кто согласится работать здесь, по крайней мере, пока мистер Либински не возьмет дело в свои руки и не обеспечит нашу безопасность.

Закрыв глаза и стараясь дышать, Майлз попробовал сосредоточиться на чем-то кроме боли и чувства безнадежности и отчаяния, стучащих у него в висках. Он подошел так близко - так чертовски близко - не только ради себя, не только чтоб доказать, что он может добиться успеха: но и ради Оливии и Брайана. На несколько коротких часов он испытал счастье заглянуть в будущее, в котором он мог бы не только брать, но и давать тем, кого любит.

- Ну-ну, сэр, - послышался голос из темноты. - Негоже так обращаться с таким джентльменом, как мистер Уорвик. И это после того, как он рисковал своей жизнью, чтобы спасти наших друзей?