Чайковская - Unknown

Лоэру, и та кивнула:

– Я всегда была матерью Саэти, попутчицы Коорэ, который был сыном и

учеником вашего знаменитого красавчика-Ала. Можно подумать! Какие мы

были высокородные и пафосные, а-ха-ха-ха-ха!

Одним глотком допив снова налитое вино, северянка хихикнула:

– А теперь… а теперь это всё – пы-х-х-х! Дым! Мой попутчик Паорэс живет или

жил где-то там, у вас, а я… вот. Так что всё это – пустота и бессмысленность, ори Ормона. И наши с тобой народы скоро довершат начатое тем проклятым

астероидом. Всё дым! Всё дым!

Ормона откинулась на спинку стула и судорожно соображала. Эфимелора, Эфимелора, сестра по несчастью… Она была лучшей певицей Оритана! Ей

поклонялся весь мир, а теперь она тихо, как созидатель Кронрэй, спивается в

этом мерзостном уголке Земли, не видя выхода и опустив руки. Вся их трагедия

в том, что они приходят сделать этот скотский мир лучше, а скотский мир

плюет на них… Даже «куарт» ее изменился до неузнаваемости…

Что же делать? Не похищать же ее! Но нельзя оставлять Помнящую здесь, окруженной сволочами, в городе, где… Или же пусть идет как идет? Недаром

ведь Паском так часто призывает ее не сопротивляться естественному ходу

событий, не пробивать стену лбом, а тихо и терпеливо прогибать эту стену под

себя. Они вернутся сюда хозяевами, и Фьел-Лоэра будет с ними. Она еще успеет

передать чашу мудрости своей дочери!

Тем временем, повторно захмелев, северянка устала бороться с алкогольным

отравлением – она прикорнула, опершись локтем на стол.

Спустя четверть часа Ормона тихо вышла из спальни, куда отвела недавнюю

собутыльницу, и свистнула к себе волка:

– Веди к хозяину!

Пес, будто понял приказ – повел ее по коридору. Неожиданно одна из дверей

открылась, оттуда стремительно высунулся Ко-Этл, охватил гостью за плечи и

затащил в кабинет.

– Я не хочу, чтобы вы уезжали! – шептал он под портретом диктатора, а она

опять через силу терпела его настырные поцелуи. – Я не могу представить, что

вот вас нет рядом, и все опять вернулось в унылую колею, вчера как сегодня, завтра как вчера… Останьтесь, умоляю вас, еще на ночь! На одну эту ночь, Ормона!

– Хорошо, хорошо! – она с трудом удержала его руки, застегнула все, что Ко-

Этл успел расстегнуть, и указала на портрет: – Но, прошу вас, только не здесь!

Безумец подхватил ее и на руках унес в свою спальню.

– Вам интересно, что там с вашей сестрой?

– Нет, – он увлеченно распутывал плетение на ее корсаже. – Спит же, наверное?

Пусть об этом теперь беспокоится ее муж, мне надоело.

– Экие вы молодцы! – хлопнув в ладоши, восхитилась Ормона, покуда Ко-Этл в

немом обожании любовался ее грудью.

Едва он собрался перейти к основному действию, Ормона снова ввела его в

транс, сама поправила одежду, а его, напротив, почти совсем раздела и, выдумав

самую сладкую, самую соблазнительную и безудержную грезу, подарила ее

подсознанию Ко-Этла, а уж то взялось за дальнейшую интерпретацию

самостоятельно.

– Наслаждайся до утра, милый дружок!

Затем она положила на столик в изголовье записку и вышла за дверь.

«Жду Вас в Кула-Ори и считаю дни! Ваша Ормона».

* * *

Ал приходил в свою лабораторию раньше всех, но сегодня, к его изумлению, там уже кто-то хозяйничал. Этот «кто-то» ни свет ни заря отпер все двери и

прошел в зал биохимического синтеза. Ал научился различать помещения

лаборатории просто по запахам.

– Ну и кому не спится в такую рань? – поинтересовался он, входя в зал.

Что-то разливая по пробиркам, у стола стоял тримагестр Солондан, а рядом с

ним – Ормона. Наверное, это все еще было сон. Ал потер глаза в надежде, что

эти двое испарятся и всё будет хорошо.

– Да будет «куарт» твой един, – между делом, не отвлекаясь от созерцания, бросила ему женщина, а тримагестр – тот и подавно промычал что-то

нечленораздельное. – Ты не стой, проходи, располагайся.

Ал сглотнул. Нет, все же это не сон. Недаром с утра Натаути куда-то сгинул, чего не делал уже очень давно. Почуял и побежал встречать.

– Когда это вы прибыли?

– Да вот только что.

Только сейчас Ал заметил, что на них обоих не по сезону плотная одежда и

теплая обувь, от одного вида которой его бросило в жар.

Ормона поманила его к столу.

– Дано: три пробирки, в каждой – раствор, содержащий человеческую кровь.

Люди разные, двое между собой родственники. Задание: найди мне

родственников, звездочет!