Чайковская - Unknown

величали этот парк рощей.

Ормона вышла на дорожку и, приставив ладонь козырьком ко лбу, залюбовалась скачущими в лазурном небе с ветки на ветку белками. Было так

холодно, что воздух звенел, точно льдинки на хвое. Ко-Этл нагнал ее и как бы

невзначай набросил ей на плечи еще один плащ, из меха лисицы.

– Чтобы вам не продрогнуть.

«Чтобы мне не продрогнуть, педант ты дубоголовый, мне надо сидеть дома

верхом на печке, а не плащи коллекционировать!»

– Вы так любезны, господин Ко-Этл! Ваша забота тронула мое сердце!

Она грациозно развернулась, взяла его под руку, и Ко-Этл повел ее по тропинке, протоптанной в снегу. К тому времени белки все до одной куда-то исчезли, но

аринорец этого даже не заметил, поглощенный присутствием Ормоны.

– Я хотел спросить у вас… Вы в самом деле не против завтрашней охоты? Если

вы категорически возражаете, я мог бы отменить это мероприятие. Оно еще не

вошло у нас в прочную традицию и…

– Я, конечно, против вандализма и бесчеловечного обращения с животными, но

разве можно запретить и без того многое потерявшим людям праздник? Ведь

насколько я знаю, на Ариноре не отмечают даже Прощание с Саэто…

– Да, только Восход. Прощание – слишком мрачный праздник, он какой-то…

гм… чужой.

«Конечно, конечно. Это не вы отмечали его наравне с нами на протяжении

нескольких десятков тысячелетий!»

– И поэтому я хотела бы взглянуть перед отъездом, как умеют не только

работать, но и отдыхать в Тепманоре.

Он разулыбался и мягко, с благодарностью, накрыл своей ладонью ее руку, сжимавшую его локоть. И даже сквозь перчатки Ормона ощутила жар его кожи.

– А что, господин Ко-Этл, меня так и не познакомят с другими женщинами Тау-

Рэи? – она просительно взглянула на лощеного красавца, что вышагивал рядом.

До чего правильные черты лица, даже бородка и усы его не портят! Ормона

терпеть не могла растительность на лице мужчин, да и прежде на Оритане и

Ариноре они все гладко брились. Но Ко-Этл с этим украшением казался даже

интереснее. Хотя, наверное, и в самом деле слишком красив. Перекрасить в

брюнета и поставить рядом с Алом – будут как близнецы. Классика классикой, но подчас это так скучно!

Ко-Этл замялся. У нее не было ни тени сомнения в том, что он не осмелится

передать ей, о чем шепчутся в своих стойлах его соотечественницы, каким-то

чудом узнающие друг от друга о каждом шаге «орийской стервы». Даже более

того – еще сам Ко-Этл не разобрался в своем отношении к гостье, как женское

сообщество вынесло решение: бесстыжая воспользуется его холостым статусом, бросит своего хромоногого (и даже об этом прознали!) супруга и окрутит

завидного жениха Тепманоры нечестивыми орийскими чарами.

При виде его замешательства Ормона едва скрыла улыбку. Умницы-бабенки

сами подтолкнули его на нужный путь. Может, без их пересудов этот остолоп и

не догадался бы посягнуть на запретное. Тем более, столь соблазнительное –

насчет орийских нечестивых чар они тоже не промахнулись. Парень теперь

каждое утро не знает, куда деваться от воспоминаний о безудержно развратных

сновидениях. Разум его вышколен, но что делать, когда бунтует банальная

физиология?

– Увы, наши попутчицы не участвуют в мероприятиях такого рода, госпожа

Ормона. Это для них… как бы вам сказать?.. слишком.

Он вдруг прижал ее руку еще крепче к своему локтю и остановился, решившись:

– Я знаю, что не должен этого говорить… Вы оскорбитесь и будете правы, но…

Я люблю вас!

«Да ты что?!» – подумала она, про себя давясь от смеха, и тут же краем глаза

уловила странное движение справа: у женщин периферическое зрение развито

гораздо сильнее мужского, как утверждает Паском, и здесь оно не подвело.

– Смотрите-ка, это ведь волк?

На небольшой полянке, которой заканчивалась тропа, стоял странный

желтовато-серый зверь, очень отдаленно похожий на нормального волка.

Ко-Этл изменился в лице, побледнел, заступил вперед, погружая руку под плащ, а Ормону спрятал к себе за спину. Из прицепленной к поясу кобуры он

выхватил короткий атмоэрто.

– Не показывайте им страх, Ормона. Не знаю как, но они его чуют и бросаются.

Оу, ха-ха-ха, как говорит муж. Они чуют запах твоего пота, в который

выбрасывается приличная доза одного жизненно необходимого гормона.

Помешанные на технике северяне не верят в те вещи, которые достаточно

просто знать и уметь ими оперировать, но зато легко ведутся на мистику в тех