Михаил Шолохов - Судьба человека - русский и английский параллельные тексты

Здесь есть возможность читать онлайн «Михаил Шолохов - Судьба человека - русский и английский параллельные тексты» — ознакомительный отрывок электронной книги совершенно бесплатно, а после прочтения отрывка купить полную версию. В некоторых случаях можно слушать аудио, скачать через торрент в формате fb2 и присутствует краткое содержание. Жанр: Советская классическая проза, на русском языке. Описание произведения, (предисловие) а так же отзывы посетителей доступны на портале библиотеки ЛибКат.

Судьба человека - русский и английский параллельные тексты: краткое содержание, описание и аннотация

Предлагаем к чтению аннотацию, описание, краткое содержание или предисловие (зависит от того, что написал сам автор книги «Судьба человека - русский и английский параллельные тексты»). Если вы не нашли необходимую информацию о книге — напишите в комментариях, мы постараемся отыскать её.

Рассказ «Судьба человека»- о тех ужасах, которые больше не должны повториться. В небольшом по объему про изведении перед читателями проходит жизнь героя, вобравшая в себя судьбу страны.
Андрей Соколов — советский человек, мирный труженик, ненавидящий войну, отнявшую у него всю семью, счастье, надежду на лучшее. Оставшись одиноким, Соколов не утратил человечность, он смог разглядеть и пригреть около себя бездомного мальчика. Писатель заканчивает рассказ уверенностью в том, что около плеча Андрея Соколова поднимется новый человек, готовый преодолеть любые испытания судьбы.

Судьба человека - русский и английский параллельные тексты — читать онлайн ознакомительный отрывок

Ниже представлен текст книги, разбитый по страницам. Система сохранения места последней прочитанной страницы, позволяет с удобством читать онлайн бесплатно книгу «Судьба человека - русский и английский параллельные тексты», без необходимости каждый раз заново искать на чём Вы остановились. Поставьте закладку, и сможете в любой момент перейти на страницу, на которой закончили чтение.

Тёмная тема
Сбросить

Интервал:

Закладка:

Сделать
They took me back to camp, naked and bloody as I was. Голого, всего в крови и привезли в лагерь.
I got a month in solitary for trying to escape, but I was still alive. Yes, I managed to keep alive somehow. Месяц отсидел в карцере за побег, но все-таки живой... живой я остался!..
"It's pretty grim, mate, to remember the things I went through as a prisoner, let alone tell you about them. Тяжело мне, браток, вспоминать, а еще тяжелее рассказывать о том, что довелось пережить в плену.
When I remember all we had to suffer out there, in Germany, when I remember all my mates who were tortured to death in those camps, my heart comes up in my throat and it's hard to breathe. Как вспомнишь нелюдские муки, какие пришлось вынести там, в Германии, как вспомнишь всех друзей-товарищей, какие погибли, замученные там, в лагерях, - сердце уже не в груди, а в глотке бьется, и трудно становится дышать...
"The way they herded us about in those two years I was a prisoner! Куда меня только не гоняли за два года плена!
I reckon I covered half of Germany. I was in Saxony, at a silicate plant, in the Ruhr, hauling coal in a mine. I sweated away with a shovel in Bavaria, I had a spell in Thiiringen, and the devil knows what German soil I didn't have to tread. Половину Германии объехал за это время: и в Саксонии был, на силикатном заводе работал, и в Рурской области на шахте уголек откатывал, и в Баварии на земляных работах горб наживал, и в Тюрингии побыл, и черт-те где только не пришлось по немецкой земле походить.
There's plenty of different scenery out there, but the way they shot and bashed our lads was the same all over. Природа везде там, браток, разная, но стреляли и били нашего брата везде одинаково.
And those damned bastards lammed into us like no man here ever beat an animal. А били богом проклятые гады и паразиты так, как у нас сроду животину не бьют.
Punching us, kicking us, beating us with rubber truncheons, with any lump of iron they happened to have handy, not to mention their rifle butts and sticks. И кулаками били, и ногами топтали, и резиновыми палками били, и всяческим железом, какое под руку попадется, не говоря уже про винтовочные приклады и прочее дерево.
"They beat you up just because you were a Russian, because you were still alive in the world, just because you worked for them. Били за то, что ты - русский, за то, что на белый свет еще смотришь, за то, что на них, сволочей, работаешь.
And they'd beat you for giving them a wrong look, taking a wrong step, for not turning round the way they wanted. Били и за то, что не так взглянешь, не так ступнешь, не так повернешься.
They beat you just so that one day they'd knock the life out of you, so you'd choke with your own blood •and die of beating. Били запросто, для того чтобы когда-нибудь да убить до смерти, чтобы захлебнулся своей последней кровью и подох от побоев.
There weren't enough ovens in the whole of Germany, I reckon, for all of us to be shoved into. Печей-то, наверное, на всех нас не хватало в Германии.
"And everywhere we. went they fed us the same- a hundred and fifty grams of ersatz bread made half of sawdust, and a thin swill of swedes. И кормили везде, как есть, одинаково: полтораста грамм эрзац-хлеба пополам с опилками и жидкая баланда из брюквы.
Some places they gave us hot water to drink, some places they didn't. Кипяток - где давали, а где нет.
But what's the use of talking, judge for yourself. Before the war started I weighed eighty-six kilograms, and by the autumn I couldn't turn more than fifty. Да что там говорить, суди сам: до войны весил я восемьдесят шесть килограмм, а к осени тянул уже не больше пятидесяти.
Just skin and bones, and hardly enough strength to carry the bones either. Одна кожа осталась на костях, да и кости-то свои носить было не под силу.
But you had to work, and not say a word, and the work we did would have been a lot too much for a cart-horse, I reckon. А работу давай, и слова не скажи, да такую работу, что ломовой лошади и то не в пору.
"At the beginning of September they sent a hundred and forty-two of us Soviet prisoners-of-war from a camp near Kiistrin to Camp B-14, not far from Dresden. В начале сентября из лагеря под городом Кюстрином перебросили нас, сто сорок два человека советских военнопленных, в лагерь Б-14, неподалеку от Дрездена.
At that time there were about two thousand in that camp. К тому времени в этом лагере было около двух тысяч наших.
We were all working in a stone quarry, cutting and crushing their German stone by hand. Все работали на каменном карьере, вручную долбили, резали, крошили немецкий камень.
The stint was four cubic metres a day per man, and for a man, mind you, who could hardly keep body and soul together anyway. Норма - четыре кубометра в день на душу, заметь, на такую душу, какая и без этого чуть-чуть, на одной ниточке в теле держалась.
And then it really started. After two months, out of the hundred and forty-two men in our group there were only fifty-seven left. Тут и началось: через два месяца от ста сорока двух человек нашего эшелона осталось нас пятьдесят семь.
How about that, mate? Это как, браток?
Tough going, eh? Лихо?
We hardly had time to bury our own mates, and then there was a rumour 'in the camp that the Gel •mans had taken Stalingrad and were pressing on into Siberia. Тут своих не успеваешь хоронить, а тут слух по лагерю идет, будто немцы уже Сталинград взяли и прут дальше, на Сибирь.
It was one thing on top of another. They held us down so we couldn't lift our eyes from the ground, as if we were just asking to be put there, into that German earth. Одно горе к другому, да так гнут, что глаз от земли не подымаешь, вроде и ты туда, в чужую, немецкую землю, просишься.
And every day the camp guards were drinking and bawling out their songs, rejoicing for all they were worth. А лагерная охрана каждый день пьет, песни горланят, радуются, ликуют.
"One evening we came back to our hut from work. И вот как-то вечером вернулись мы в барак с работы.
It had been raining all day and our rags were soaking; we were all shivering from the cold wind and couldn't stop our teeth chattering. Целый день дождь шел, лохмотья на нас хоть выжми; все мы на холодном ветру продрогли как собаки, зуб на зуб не попадает.
There wasn't anywhere to get dry or warm, and we were as hungry as death itself, or even worse. А обсушиться негде, согреться - то же самое, и к тому же голодные не то что до смерти, а даже еще хуже.
But we were never given any food in the evenings. Но вечером нам еды не полагалось.
Читать дальше
Тёмная тема
Сбросить

Интервал:

Закладка:

Сделать

Похожие книги на «Судьба человека - русский и английский параллельные тексты»

Представляем Вашему вниманию похожие книги на «Судьба человека - русский и английский параллельные тексты» списком для выбора. Мы отобрали схожую по названию и смыслу литературу в надежде предоставить читателям больше вариантов отыскать новые, интересные, ещё непрочитанные произведения.


Отзывы о книге «Судьба человека - русский и английский параллельные тексты»

Обсуждение, отзывы о книге «Судьба человека - русский и английский параллельные тексты» и просто собственные мнения читателей. Оставьте ваши комментарии, напишите, что Вы думаете о произведении, его смысле или главных героях. Укажите что конкретно понравилось, а что нет, и почему Вы так считаете.

x