Эрик Петров - Чукотский мотив

В прекрасные минуты эти
Мы признаемся вновь и вновь:
Нет выше радости на свете,
Чем милой женщины любовь.

И ждем в ответ такого слова,
Такой улыбки ждем в ответ,
Чтоб шар земной качнулся снова,
Как в первый раз, в семнадцать лет.

Трава, зеленая под снегом,
До первых мартовских лучей
Исходит свежестью и негой,
Как будто рядом с ней ручей.

Как не пожухла, сохранилась
Осенней хмурою порой?!
Наверно, раньше всех укрылась
В постели снежной, пуховой…

И вот лопата ненароком,
Сугроб февральский разгребая,
Покой нарушила до срока –
И стала вмиг трава седая…

Так на глазах седеют люди,
Когда навалятся невзгоды…
И трудно им подняться будет,
Дождавшись солнечной погоды.

Тишину люблю, звенящую
Возле уха комаром,
Половицею скрипящую,
Ученическим пером.

Твоим голосом поющую
У окна в полночной мгле.
Тишину люблю, зовущую
К мирной жизни на земле.

Ты не первая,
Не последняя,
Просто ты любовь единственная.
Только горькая,
Только быстрая,
Только мне, на беду, неверная.

Мне покажется,
Мне послышится,
Руки белые не обидятся.
Счастье горькое –
Нитка тонкая,
Зазвенит душа – струна звонкая.

Может, видится,
Может, кажется,
Губы теплые – не откажется…
Ты не первая,
Не последняя,
Только ты сейчас единственная.

Ты о чем загрустила, рябина,
Белоснежный накинув платок,
Крупны ягоды, словно рубины,
Разбросав у оснеженных ног?

Ветер ставни листает, как книгу,
Гаснет в окнах пустынных закат…
«Отчий дом! Я пришел к тебе!» – крикну,
Постою у подгнивших оград.

Не о том ли грустишь ты, рябина,
Что хозяйкой живет тишина,
Что углы оплела паутина
И двухрядка давно не слышна?

Лишь околицей бродят метели
И поют заунывно ветра…
Отчий дом, ты старел, мы взрослели,
Не туда подались со двора.

Вот пришел я, присел у порога.
Мну руками опавшую гроздь.
Ох, как в жизни потеряно много –
Лишь рябине сегодня я гость…

Улыбнись, улыбнись, улыбнись –
Вытри, милая, грустные слезы.
Предоставим-ка плакать березам
В эти светлые бурные дни.

От невзгод, от печали не гнись.
Видишь, ива грустить перестала.
Не смотри на меня так устало!
Улыбнись, улыбнись, улыбнись.

На земле мы с тобой не одни,
Если каждый взгрустнет хоть минуту,
Поневоле трудней будут дни.
Улыбнись, улыбнись, улыбнись.

Ты на ясное небо взгляни
И в глазах раствори это небо.
И, пожалуйста, где бы я ни был –
Улыбнись, улыбнись, улыбнись.

Вечер звонкий. Кричи, только эхо
Отзовется, трубя по лесам.
Плачу я – отзовется смехом,
Я смеюсь – плач несет к небесам.

Я один на обрыве высоком,
А внизу речка берег точит…
Уже стемнело. Далеко-далеко
Эхо плач мой разносит в ночи.

Я часто сейчас вспоминаю
Свой старый родительский дом.
Рябину над ветхим сараем,
Сиреневый куст под окном.

Там детство босое промчалось,
Блеснув опереньем жар-птицы,
И юность со мною рассталась
Вдаль уходящей зарницей…