Эмили Дикинсон - Стихотворения

И хлеба вдоволь на столе,
А я все эти годы Клевала
Крошки с Птицами
В застольной у Природы.

Мне сразу стал противен вид
Сих кушаний обильных:
Так снеговым кустам невмочь
На перекрестках пыльных.

И поняла я: голоден,
Кто за Окном стоит,
А стоит в Комнату войти —
Уже по горло сыт.

Я голодала — столько лет —
Но Полдень приказал —
Я робко подошла к столу —
Дрожа взяла бокал.

Обжег мне губы странный сок!
Не раз на пир такой —
В чужое заглянув окно —
Я зарилась тайком.

И что же? Здесь все дико мне —
Привыкла горстку крошек
Я вместе с птицами делить
В столовых летних рощ.

Я потерялась — я больна —
С избытком не в ладу.
Не приживется дикий терн
В прекраснейшем саду!

Как ненасытен за окном
Отверженного взгляд!
Войдешь — и Голод вдруг пропал —
Ты ничему не рад.

Для каждой мысли я нашла
Слова — их не найти
Лишь для одной.
Так, если б кисть

Старалась донести
Свет солнца — выросшим во тьме,
Кто б мог для тех картин
В кармин огонь преобразить,
А синь — в ультрамарин?

Я для каждой мысли нашла слова —
Но Одна ускользает из рук —
Поддаться не хочет мне —
Словно мелом черчу Солнца круг

Для племен — взращенных во Тьме.
А как начала бы ваша рука?
Разве Полдень пересказать лазуритом —
Или кармином Закат?

Гляжу — как мили он сглотнет —
Слизнет долину вмиг —
Потом — подкормится водой,
Потом — огромный шаг —

И обогнул он груду гор —
Лишь глянув свысока
На придорожный строй лачуг —
Вот втиснул он бока

В карьера ров И в нем ползет —
И жалоб его станс
Столь душераздирающ —
С холма — как под откос —

Заржав — как чадо грома —
Слетел — звезды точней —
Могучий и покорный —
Стал в стойле у дверей.

Страшишься! Но кого — скажи? —
Кончины — что ж она?
Служанкой в отчем доме я
Не больше смущена.

Иль жизни? Много стала
Она в одном иль двух
Рожденьях, данных Богом мне —
Чего ж страшиться вдруг?

Иль воскресения?
Восток Страшится ли зари
С ее сияющим челом —
Вот мой венец — смотри!

Я дома не была Года и в дверь свою
Боюсь войти, чтобы Лицо
Неведомое мне
Не воззрилось — спросив —

Зачем пришла — «Затем,
Что Жизнь моя осталась здесь —
Не знают ли такой?»
Я мужество — как ключ —

Старалась отыскать —
Молчанье грозною Волной
О мой дробилось Слух —
Тут Деревянный смех —

Потряс меня, что я
Пугаюсь Двери — будто Смерть —
Не видела в глаза —
К Щеколде тихо я

Притронулась Рукой —
Страшась в Разинутых Дверях
Остаться вдруг одной,
С опаской — как Стекло —

Я Пальцы отвела —
Зажала Уши — и бежать —
Пустилась точно Вор.

Просила я лишь об одном.
Ответом был отказ.
Я предложила Жизнь взамен —
Купец не поднял глаз.

«Бразилию? — Он расстегнул
И застегнул сюртук. —
Но оглянитесь же, мадам,
Ассортимент велик!»

Другого я не прошу —
В другом — отказа нет.
Я жизнь предложила в обмен —
Усмехнулся Великий Купец.

Бразилию?
Повел бровями —
Пуговицу повертел —
«Но — сударыня — наш выбор богат —
Посетите другой отдел!»

Мне крикнули: —
Скорей к окну,
Какой закат, смотри! —
А я — я вижу синий Стог
И Стадо на горе —

Молочно-розовых Овец
На склоне в сизой мгле.
Едва всмотрелась — все плывет —
Ни Стада, ни Полей —

И только Море и Суда —
Громады-корабли —
На них легли бы Небеса,
А Горы — плыть могли б.