Эмили Дикинсон - Стихотворения

Свила бы месяцы в клубки —
Когда бы ждать мне год,
И разложила по Местам,
Чтоб им не спутать счет —

Века бы стала вычитать
На Пальцах я, пока
До Ван-Дименовой Земли
Не добралась рука.

А если б вечность ждать пришлось,
Чтобы мечты сбылись —
Я Вечности вкусила б плод,
Отбросив Корку — жизнь —

Теперь же неизвестный срок
Терзает, как крыло
Пчелы — нацеленный укус
Отсрочившей — назло.

Услады Сердце просит,
Потом — от Мук уволить,
Потом — отрав расхожих,
Чтоб отдохнуть от Боли,

Потом — глухого сна,
Потом — чтоб снисходительно
Внял просьбе Инквизитор
И Смертью наградил.

Что Сердцу? — Радость дай —
Потом — уйти от мук —
Потом — лекарство проглотить —
Чтоб утолило боль —

А там — уснуть скорей —
А там — когда исход
Сам Инквизитор утвердит —
Свободу умереть.

Вся мощь моя в моей руке —
Мир сопротивен мне —
Давид — пожалуй — был сильней
Отважней я вдвойне —

Праща метка — и все же я
Повержена была — Что ж —
Голиаф был столь велик?
Настолько ль я мала?

Собравшись с духом, я на Мир
Войной пошла одна.
Была смелей я, чем Давид —
Хоть и не так сильна.

Пращой взмахнула — но увы! —
Повергла лишь себя.
Так ли велик уж Голиаф —
Иль слишком я мала?

Я с Миром вышла сразиться —
В Кулак собрала всю Волю —
Крепка Давида Десница —
Я же смелее вдвое.

Метнула я Камень, но вмиг —
Сама сражена была —
Голиаф ли был так велик —
Или я была — так мала?

С Державою моей в Руке —
Я вышел против Всех —
Слабей Давида — но смелей
Уверовав — в Успех —

Я целил Галькой — но
Никто Иной — как я — упал —
Иль Голиаф — был так велик —
Иль я — был слишком мал?

Я встала, жизнь мою взяла
И двинулась на мир.
Давид был лучше снаряжен,
Но вдвое я — смелей.

Я камень целила, но вдруг
Повержена сама.
Был слишком Голиаф велик —
Иль слишком я мала?

Страшусь молчальника — того —
Чья бережлива речь —
Могу оратора постичь
Иль болтуна развлечь —

Но этот скуп — хоть ставят все
Последний грош на кон —
Такого я остерегусь —
Боюсь — здесь главный он.

Я опасаюсь Молчаливых —
Людей, что зря не тратят Слов —
Нетрудно превзойти Фразёров,
Отвлечь могу я Болтунов,

Но с тем, кто средь немолчной Молви
Привык всё взвешивать в уме,
Вдвойне я буду осторожна —
Великим кажется он мне!

Немногословных я страшусь —
Молчит — что скрыто в нем?
Я краснобая обгоню —
Болтаю с болтуном.

Покуда мы последний грош
Впустую извели —
Молчальник взвешивал слова —
Боюсь — что он велик.

Я голодала много лет,
И вот мой час настал —
Дрожащею рукой взяла
С чудным вином Бокал.

Как ели там, в чужих домах,
Видала я тайком,
Но не мечтала никогда
О Пиршестве таком.

Как вкусно пахнет свежий хлеб!
А с птицами давно ль
В Лесной Столовой — на земле —
Делили мы хлеб-соль?

Зачем так много? Тошно мне
И все идет не впрок.
Я здесь — как Лютик луговой,
Посаженный в Горшок.

Суть Голода я поняла —
Он мучит только тех,
Кто там, за окнами стоит…
Войди — и он утих.

Я голодала много Лет,
Но Полдень мой настал,
И вот — передо мной Обед,
Дрожит в руке Бокал

С таким Вином, какого я
Вовеки не пивала,
Лишь с Улицы в чужом Окне,
Голодная, видала.