Эмили Дикинсон - Стихотворения

Запретный плод! Что перед ним
Дары любого сада!
Но запер Долг на семь замков
От нас его услады.

Нет, небо слишком высоко!
Туда не попаду.
Мне выше роста не сорвать
И яблока в саду.

Оттенки нежных облаков,
Земной и грешный край
За этим домом, за холмом —
Вот где ищите рай!

Мне не допрыгнуть до небес —
До яблока на древе,
Которое подвесил бес,
Не дотянуться — деве.

И яблоко на облаке
Плывет в запретный край —
За край холма — земли за край —
Где расцветает Рай!

Дразнящий пурпур полдня,
Маня, уводит в тень,
Но снова обманул меня
Вчерашний день.

Держа в руке бесценный камень —
Заснула без забот.
Болтливый ветер — жаркий полдень —
Казалось — время ждет.

Что пальцы честные корить мне?
Пропал! По чьей вине?
Лишь аметистовая память —
Одна — осталась мне.

Пернатая «надежда» —
На душу нам слетев —
Поет мелодию без слов —
Не молкнет сей напев

Сладчайший средь порывов бурь —
И как жесток тот шторм —
Что птаху малую смутит
С ее для всех теплом —

Слышней — чем холодней земля —
Безвестнее моря —
Поет — в нужде не попросив
Ни крошки у меня.

Надежда — это Королек,
Что вьет в душе Гнездо.
Поет Мелодию без слов,
Не смолкнет никогда.

И в бурю свищет всё вольней,
И буря не собьет
Того, кто перья распушил
И так тепло поет.

Я слышала его в краю,
Где шторм и мертвый штиль —
И он ни разу у меня
Ни крошки не спросил.

Надежда птицею живет
В ветвях души моей,
И песни чудные поет
Без перерыва в ней.

И слаще песнь, чем злее гром,
И, чтоб их заглушить,
Подумать страшно мне о том,
Какой же буре быть.

И неразлучны мы всегда
В метель и вьюгу с ней!
И не бросала никогда
Ни зернышка я ей!

Вечером зимой у Света
Есть такой Наклон —
Как раскат Псалмов в Соборе,
Тяжко давит он.

Ни единого рубца
Не видать на коже —
Но до дна вскрывает суть
Эта рана Божья.

Кто поймет? —
Никто, любой.
На конце Луча — Безнадежности Печать,
Властная Печаль.

Вот он — и не дышат Тени,
Всё молчит в Природе.
Вот исчез — и в отчужденье
Смерть глаза отводит.

У света есть один наклон.
Припав к снегам устало —
Он давит — словно тяжкий
Груз Соборного Хорала.

Небесной Раной наградит —
Но ни рубца — ни крови —
И только сдвинется шкала
Значений и условий.

Отчаяньем запечатлен —
Кому он подневолен?
Он — словно царственная скорбь —
Которой воздух болен.

Придет — и слушает Ландшафт —
И тень дохнуть не смеет.
Уйдет — как бы Пространством
Отгородилась Смерть.

Не веришь мне, мой странный друг!
Поверь! Ведь даже Бог
Крупицей от такой любви
Вполне быть счастлив мог.

Лишь всю себя тебе отдать,
Всегда тебе служить —
Скажи, что я еще могу
К твоим ногам сложить!

То не душа моя — она
Была твоей всегда;
Я уступила весь свой прах, —
Каких еще наград
Не получил ты от меня,

Какой еще судьбой
Гордиться деве, кроме как
На неких дальних небесах
Смиренно жить с тобой!

Проверь меня, сожни меня,
Просей от лба до пят,
И все сомнения твои
В моем огне сгорят.

Развей всю нежность, все тепло,
Всю легкость моих нег,
И ты получишь ледяной
И вечно чистый снег.

Хоронят — чудилось в бреду —
И Толпы день и ночь
Толклись, толклись, грозя вот-вот
Рассудок истолочь.

Потом они уселись,
И Службы мерный гром
Долбил, долбил, — теряла власть
Я над своим умом.