Дэвид Льюис - Дитя мое

На кухонном столе лежала кипа бумаг. Перебирая их, Келли нашла фотографию Сидни Мор. Грузно опустившись на стул, она уставилась на снимок, вспоминая, какую надежду испытала, когда Эрни выслал ей данные.

Вздрогнув всем телом, Келли разорвала фотографию на мелкие клочки. Устаревшие новости. Феликс потерся о ее ногу. Она погладила котенка по шее.

«Но я из игры не выхожу», – сказала она себе, вспоминая о новом следе Эрни.

Взяв котенка на руки, Келли принялась его укачивать, думая о том, куда же запропастилась Агнесса.

«Наверное, снова играет в бинго в домике при церкви», – предположила Келли.

Она подумывала о том, чтобы поехать в ближайшее кафе, расположенное на той же улице, но чуть дальше, и заказать что-нибудь недорогое. Главное, чтобы поближе к людям.

«Может, пончик? Нет, слишком много сахара», – подумала она.

Вспомнив, как Элоиза волновалась из-за ее худобы, Келли опустила котенка на пол, встала и направилась к холодильнику. Там обнаружилась упаковка клубничного йогурта, ее любимого, вот только при виде пищи женщина почувствовала, как в животе у нее все сжалось. Тогда она взяла полбатона хлеба, отрезала ломоть и сунула в старый тостер, который купила на гаражной распродаже по цене чашки кофе в «Старбаксе».

Когда тост выскочил наружу, она намазала его маслом и откусила кусочек. Не особенно вкусно, но Келли, налив полстакана молока, заставила себя прожевать его.

«Стараюсь», – подумала она, вспоминая тревогу и жалость, промелькнувшие в глазах Мелоди.

«Мел и Кел – подруги навек» – Келли не забыла их девиз. Они даже вышили его на двух одинаковых футболках, а потом снялись щека к щеке с безмятежным выражением на лицах.

Она извлекла из шкафа потрепанный альбом с фотографиями, относящимися к периоду, когда Келли училась в старшей школе и колледже. Там же находились снимки Эмили. Феликс тем временем почувствовал себя как дома и беззаботно разлегся на диване. Келли улыбнулась.

– Хоть кто-то здесь доволен.

Котенок прищурил глаза: «Конечно же я доволен. Чему ты удивляешься?»

Келли принялась перелистывать страницы. Некоторые снимки являлись украшением альбома. Вот Келли и Мелоди, девяти лет от роду, одетые в костюмы персонажей «Волшебника страны Оз», позируют перед тем, как отправиться выпрашивать сладости на Хэллоуин. Келли нарядилась доброй ведьмой, а Мелоди стала Дороти. А вот фото совместного свидания на выпускном: Келли вместе с Бобби Мейнсом, Мелоди с Треем Каннингхемом, за которого впоследствии вышла замуж. А этот снимок был сделан после окончания колледжа. На нем девушки красовались в ярко-голубых мантиях и академических шапочках. Рядом стояли родители. Снимали их на фоне женского общежития. Спустя несколько недель Келли и Мелоди вышли замуж.

Она почувствовала желание написать Мелоди текстовое сообщение.

«Ты сменила номер, Кел?» – хотела знать Мел.

«Шесть лет прошло», – подумала Келли.

Шесть лет назад она оттолкнула от себя Мелоди. Нужно отдать подруге должное: Бобби не нравился Мелоди еще до того, как украл Эмили.

Роберт (Бобби) Мейнс был в те дни само очарование. Первым заприметила его в церкви маменька Келли. «Вежливый молодой человек» произвел на нее сильнейшее впечатление. Желая всеми фибрами души, чтобы ее дочь вышла замуж и обрела свое счастье раньше, чем придет смертный час ее любимого супруга, мать в буквальном смысле слова навязала Бобби ей в мужья.

Дорогой Бобби. Высокий. Красивый. Темные глаза легко могли разбить вам сердце. Бобби Мейнс имел панибратский характер, подрабатывал продавцом, играл в школьной футбольной команде и был президентом своего класса. Когда ему исполнилось восемнадцать лет, Бобби получил должность младшего продавца в местном представительстве фирмы, торгующей автомобилями. Келли влюбилась в него по уши, но все же решила не торопиться и закончить колледж. Бобби пообещал ее дождаться.

Пока Бобби ее ожидал, он заработал немало денег, на удивление много, если начистоту. Его доход многократно превышал тот, на который Келли могла бы рассчитывать после окончания колледжа. Оглядываясь назад, она вспоминала, что временами ее озадачивал слишком легкомысленный подход к жизни ее жениха. Бобби постоянно улыбался, изумляя своим противоестественным оптимизмом и живостью. Он тратил поразительно много денег. Вначале это ее беспокоило, а затем раздражало. Что-то явно было не так… но она любила Бобби, а любовь, как известно, слепа. Не обращая внимания на тревожные звоночки, Келли вышла за него замуж. Ее счастье продлилось не дольше года, прежде чем характер мужа раскрылся во всем своем уродстве. Особенно разрушительными для их брака оказались плохие привычки Бобби и его граничащая с паранойей ревность.