Кэтрин Сатклифф - Единственная моя

Она пошла к передней двери сначала неуверенно, потом быстрее.

- Оливия! - Эмили летела вниз по лестнице, одной рукой хватаясь за перила, а другой поддерживая юбки. -Не делай этого! Ты не должна! Ты знаешь, о чем я, Оливия! Я больше никогда не буду с тобой разговаривать!

Эмили нагнала Оливию у самых дверей и, схватив за руку, развернула к себе.

- Он не любит тебя! - крикнула Эмили. Оливия взялась за дверную ручку.

- Он женится на тебе только по одной причине. Из-за приданого. Он растратит твои деньги на любовниц, карты и лошадей и эти развалины, а когда деньги кончатся, он вышвырнет тебя, как старую чайную заварку.

- Уйди с дороги, Эмили.

- Ради Бога, - рявкнул отец, - отойди, Эми, и оставь сестру в покое.

- Скажи ей, папа. Скажи, чтобы не выходила за него! Умоляю тебя!

Изумленно уставившись на припухшее от слез лицо сестры, Оливия покачала головой.

- Неужели ты отказываешь мне в одном и, возможно, в единственном шансе на свободу, Эмили?

- Он негодяй!

- Когда-то ты так не считала.

- Подумай о Брайане.

- Именно о нем я и думаю.

- Ну, ну, Эмили. - Девоншир взял дочь за плечи и попытался отодвинуть в сторону. - Ей-богу, ты ведешь себя так, как будто ревнуешь.

- Ревную! - Эмили засмеялась и заплакала одновременно, отпихнув его руки. - Ревную к ней? Его? Ты конечно же шутишь, папа. Ведь это меня он любит. Просто он пытается отомстить мне за...

- За что? - насторожился отец.

Эмили вновь обратила горящие глаза на Оливию и, приблизив лицо к уху сестры, резко прошептала:

- Как ты сможешь жить, зная, что твой муж и сестра были любовниками, что когда он спит с тобой, то, без сомнения, думает обо мне.

- Что такого я сделала тебе, чтобы ты так меня возненавидела? печально спросила Оливия сдавленным голосом. - Я растила тебя и любила, как мать. Я пожертвовала всем, чем дорожу, чтобы ты могла выйти за такого богатого и влиятельного человека, как лорд Уиллоуби, и все равно ты жалеешь для меня этой единственной возможности.

- Но Брайан заслуживает...

- Не смей даже произносить его имя, ты недостойна. Прибереги свое лицемерное проявление заботы о моем сыне для того, на кого это произведет впечатление. А теперь... уйди с дороги.

Проскользнув мимо сестры, Оливия распахнула дверь, охнув и отступив назад, когда порыв холода охватил ее. Подобрав юбки, она сбежала по ступенькам на дорожку, щурясь, чтоб разглядеть удаляющуюся карету Уорвика.

- Стойте! - закричала она и побежала по подъездной дорожке, уверенная, что кучер не услышит ее из-за топота копыт и звона сбруи. И все же она еще раз крикнула, спеша по скользкой земле.

Оливия едва не врезалась в задок кареты, прежде чем

Заметила, что та остановилась. Дверца распахнулась, и Уорвик грациозно спустился на тротуар.

Она задыхалась от бега и теперь, достигнув цели, внезапно оказалась во власти сожаления за подобную импульсивность.

- Проклятье, - пробормотала она и, когда Уорвик направился к ней, закрыла глаза от унижения. О Боже, какой дурой должна она выглядеть с заляпанными грязью ногами и юбкой, с растрепанными волосами и распахнутой, прилипшей к телу блузкой!

- Мисс Девоншир.

Она резко повернула голову на голос Уорвика.

Он протянул руку к очкам и осторожно снял их с лица девушки. Мир мгновенно восстановил свою ясность. Уорвик смотрел на нее, вскинув бровь, а его руки протирали запотевшие линзы о лацкан пальто.

- Вы хотели мне что-то сказать, - напомнил он.

Она уставилась на цепочку карманных часов, засунутых в карман жилета. Странно, что она раньше не заметила ее; сейчас она поблескивала.

- Да, - наконец с усилием выдавила она. - Я... Она сглотнула и попробовала дышать, обнаружив, что волнение делает это довольно затруднительным.

Уорвик поднял очки кверху и, прищурившись, внимательно оглядел стекла. Удовлетворенный, он посадил их Оливии на нос и заложил дужки за уши. Пальцы его коснулись волос на висках и скользнули вдоль края уха.

- Я же говорил, что эти очки запотевают, когда вы злитесь. Ведь говорил, мисс Девоншир?

Она кивнула.

Майлз стал застегивать ей блузку, а она стояла как статуя и любовалась тем, как угасающий свет очерчивает каждую линию его лица. Сердце девушки забилось в два раза быстрее, когда его пальцы коснулись ее груди.

- Я по-прежнему считаю, что вы лучше видите без этих чертовых штуковин, но это неважно. Вы гнались за моей каретой не для того, чтобы обсуждать зрение. Я

Так понимаю, вы внезапно и резко изменили свое отношение к моему предложению. Она снова кивнула.