Эстер Верхуф - Рандеву

— И тогда ты открыла магазин сыра?

— Здесь можно было купить только гауду и, если очень повезет, амстердамер. Бизнес моего зятя — торговля сыром, вот я и подумала, не попробовать ли наладить здесь сбыт более широкого ассортимента голландского товара. Этим до сих пор и занимаюсь.

— Это дает хороший доход? — спросила я, благодарная, что Люси взяла на себя инициативу в разговоре.

Возможно, мое первое впечатление оказалось ошибочным.

Эта женщина со мной очень приветлива.

— Четыре года назад Джек вышел на пенсию. На нее мы можем прожить вполне пристойно, но я еще не так стара и не хочу целыми днями валяться в шезлонге у бассейна. Амстердамский менталитет, а? Мне нужно чем-то себя занять, иначе с ума сойду.

В углу гостиной располагался оркестрик, окруженный аппаратурой и множеством проводов. Трое мужчин, по виду — испанцы, в желтых гавайских рубашках и черных брюках. Певец дал понять, что возьмет паузу. Поставили диск — соло на гитаре. Я узнала эту вещь, это были Лос… Лос что-то такое.

— Ты любишь испанскую музыку? — неожиданно спросила Люси.

Она сделала глоток из своего бокала — нечто красное со льдом.

— Да. Под нее хорошо танцевать. Но я плохо разбираюсь в музыке.

— Совсем не обязательно во всем разбираться… А что ты делала в Голландии?

Этот вопрос застал меня врасплох. В моей биографии не было ничего увлекательного, ничего такого, что могло бы кому-нибудь показаться интересным.

— Я окончила Схуверс [34] Схуверс (нид. Hogeschool Schoevers) — высшая школа (учебное заведение системы высшего профессионального образования) в Гааге. и несколько лет была секретарем дирекции.

— Какого предприятия?

— «Кап Жемини» [35] «Кап Жемини» (фр. Capgemini) — крупная международная (первоначально французская) консалтинговая фирма в области высоких технологий (информационная инженерия и программное обеспечение). .

Она состроила серьезную мину.

— Даже так…

— Да уж.

— А теперь ты на покое?

Люси снова помогла мне, сама о том не зная. Мне не пришлось рассказывать ей, что после рождения Бастиана я бросила работу, потому что для меня было мучением отдавать своего ребенка на целый день в ясли. Не стала я говорить и о том, что потом окончила еще множество заочных курсов по психологии и углубила свои знания в философии. Но все это пошло прахом, поскольку тут столкнулись наши с Эриком интересы.

Я не могла разговаривать с ним ни о психологии, ни о философии, потому что обычно он приходил домой смертельно усталым, и, кроме того, будучи более приземленным и практичным, направлял свое познание в обеих этих областях в первую очередь на маркетинг.

— Собственно, это мой муж, — ответила я, — хотел сюда переехать.

Люси подняла брови.

— А ты нет? Слушай, это же очень серьезный шаг! Такие решения принимают вместе. Особенно когда есть дети. Ваши отношения должны быть на тысячу процентов крепкими, иначе они подвергнутся опасности. Ты не представляешь себе, сколько я видела браков, разбившихся об эти рифы! Другая страна и другой язык, осложнения со строительством, отсутствие комфорта — лучшей почвы для кризиса просто не бывает, можешь мне поверить.

— Все не так страшно, — я поднесла бокал ко рту и отпила глоток вина.

Рука чуть заметно дрожала. Люси смотрела на меня, не отрываясь.

— Я только хочу сказать, что идея переехать сюда была не моей. При этом я всегда мечтала держать частную гостиницу, но то, что однажды я так и сделаю, причем во Франции, раньше мне и в голову не могло прийти.

— Ну, тогда радуйся, что твой муж проявил инициативу. Жизнь-то у человека одна.

И вдруг я увидела Мишеля. Он стоял под аркой, ведущей в холл, и, судя по всему, осматривался. Мне пришлось буквально пригвоздить себя к месту, на котором я стояла, чтобы не побежать к нему. Вместо этого я быстро огляделась, нет ли где-нибудь Эрика. Мишель уже увидел меня. Он слегка усмехнулся, подмигнул, а в следующее мгновение исчез. Я затаила дыхание.

Удивительно, что такой парень, как Мишель, за минимальную зарплату работал на строительных лесах и еще не был обнаружен каким-нибудь модельным агентством. Наверное, они искали свои юные таланты в мегаполисах, а не в сонных провинциальных городишках.

Люси продолжала мне что-то говорить. Ее слова сливались с гулом голосов в комнате.

— Извини, — прервала я свою собеседницу. — Мне надо кое-что сделать.

Я быстро пошла к тому месту, где видела Мишеля. Он сделал всего несколько шагов дальше по коридору. Рядом с ним, спиной ко мне, стоял Брюно.