Чайковская - Unknown

инстинкту, то вспоминаешь ты меня в наши счастливые минуты. Уж так

работает наша психика. Расскажи, что ты испытала, вспомнив те эпизоды?

Она хмыкнула. Нет, все это, конечно, очень романтично, но вот проникнуться

не получается. Не до романтики, когда ощущаешь, будто проглотил самую

громадную тыкву на огороде агронома-профессионала, а она еще и шевелится в

тебе, как заведенная.

– Я просто вспомнила, – сказала Танрэй и поняла, что страшно разочаровала его

как ученого своим ответом. – Нет, все правильно, мне было хорошо и тепло, но…

– Понятно, – сухо сказал Ал, поднимаясь и пряча глаза. – Значит, рано я

обрадовался. Эту штуку придется дорабатывать. Правда, я не знаю еще как…

И тут его перебила возникшая на садовой дорожке госпожа Юони:

– Господин Ал!

– О, нет! – тихо простонал он.

– Едва вас нашла! Вас вызывает господин Зейтори, подойдите к переговорнику!

С трудом отлепившись от скамейки, Танрэй поползла следом за ними. Когда она

добралась до веранды, Ал уже выходил обратно.

– Что случилось? – вздрогнула она при виде выражения его лица и почему-то

сразу подумала об экспедиции Паскома. – Что-то стряслось с нашими в

джунглях?!

Он махнул рукой:

– Нет, на Базе поймали сигнал, что какая-то орэмашина с Оритана просит

разрешения на посадку.

– И ты думаешь, что это не ори, а…

– Я не знаю, солнышко. Да ты успокойся, что с тобой? Сейчас возьму военных, и мы поедем туда…

Она вздохнула и ничего не ответила.

* * *

Прилетевшие и в самом деле оказались ори. Их было очень много – они битком

забили орэмашину. Ал смотрел на все это и никак не мог придумать, где же они

смогут разместить такую ораву. Похоже, с мечтой справить родителей жены в

отдельный дом придется распроститься…

Авторами этого спонтанного переселения были двое: женщина, Помнящая, последний духовный советник Объединенного Ведомства, и мужчина, орэ-

мастер, уже немолодой и чем-то удрученный.

– Мы собрали всех, кого смогли, – объяснила госпожа Афелеана, рассматривая

Ала. – Вы помните меня, господин Ал?

– Да, конечно. Я вот думаю: может быть, расселить вас пока в павильонах

комплекса Теснауто?

– А что это такое? – спросила Помнящая, оглядывая теперь все вокруг и

очевидно восторгаясь теплом и буйством природы.

– Не обращайте внимания, это мысли вслух. Сколько вас?

– Сколько нас? – передала она вопрос орэ-мастеру.

– Сто двадцать три человека, если не считать младенцев и еще не рожденных, –

сказал тот и снова отошел к шасси, в котором ему что-то не нравилось.

Помнящая и Ал последовали за ним.

– Паорэс, познакомьтесь! Это господин Ал, лидер кула-орийских эмигрантов…

– Не совсем так, я скорее заменяю нашего лидера, когда… – подправил тот, но

она сделала рукой жест безразличия, и Ал смолк.

– А это – орэ-мастер Паорэс… – (Кудрявый мужчина приглядывался к полуоси

опоры и рассеянно кивнул, так и не подняв головы.) – В Эйсетти мы с его

семьей были добрыми соседями.

Тем временем гвардейцы Дрэяна шустро разгружали машину, перебрасывая

небогатый скарб переселенцев в подъехавшие грузовые фургоны.

– Нам едва хватило топлива, но до Сухого острова Паорэс дотянул. Там, в одной

из колоний, мы и дозаправились… Всюду упадок, господин Ал. Я не думала, что Оритан настолько забросил что колонии, что эмиграцию…

– Подозреваю, что им не до нас. Скажите лучше, госпожа Афелеана, когда они

сделают это? – мрачно спросил Ал: он понимал, что просто так она никогда бы

не пошла на подобный шаг, смахивающий на дезертирство. То, что мог себе

позволить древний Паском, прежде было не по зубам остальным, и они

ограничивались простой отставкой.

Помнящая замолчала.

– В день Восхода Саэто… – произнесла она наконец.

– Так скоро… – прошептал он и мимоходом подумал, успеет ли родиться их с

Танрэй сын и каково им будет смотреть друг на друга за секунды до ужасной

смерти.

– Аринора не оставила нам выбора. Но это уничтожит наши страны – а быть

может, и всю планету… – женщина скорбно поджала губы. – Но мы улетели в

надежде выжить. Мне жаль обременять вас, но вы – единственный наш шанс на

спасение…

– О чем вы говорите… – выдохнул он. – Просто нужно крепко подумать, где и

как разместить людей.

Помнящая улыбнулась. У Ала, как теперь видела она, начали проявляться черты

настоящего правителя. Прежде он был идеалистичен и аморфен.