Андрей Лещинский - Причина смерти

— Леночка, идите к ним. Я буду минут через десять. Ничего, справимся. Только ничего не подписывайте и не говорите.

Она вышла, Юрий дулся, можно было прийти в себя, подумать немножко. С этим делом вопрос уже, считай, решился. Если это всё, то ладно. Там видно будет. Но, вообще, две проверки разом означали, что им кто-то заинтересовался и надо ждать дальнейших наездов, накатов, дерьма и прочих неприятностей.

Десять минут кончились, Доктор встал и пошёл из Юриной комнатёнки через торговый зал в кабинет, разгоняясь по дороге не в смысле физической скорости, а внутренним сосредоточенным настроем. Он через зал прошёл мгновенно, увидев то, что было там, только на пороге маленькой клетушки, метров десять квадратных, с окошком, всегда закрывавшим стальной серой ставней вид на загаженный асфальт унылого двора. С глаз отшелушилась и улетела тоненькая серо-коричневая плёнка с изображением книжных корешков, прилавков, грязных окон и недовольно обернувшегося Димы Длинного с седым хвостиком, серым плащом и пыльной брошюрой в руках.

Всё улетело, остались жёлто-сине-чёрные пятна — стола с наваленными бумагами, бледного лица Елены Михайловны, тихого мужичка в плащике и свитерочке и согнувшейся неприятным изгибом маленькой худенькой женщины в нищенском суконном пальтишке, плохо пахнувшем и очень грязном. Доктор мысленно плюнул в сторону Длинного, сказал громко, резко и злобно:

— Так! Добрый день. Что здесь происходит?

— А кто этот гражданин? — спросила тётка у Елены Михайловны.

— Я владелец магазина. Что здесь происходит?

— Это что? Директор ваш появился?

— Я хозяин, а не директор. Вы не ответили, что здесь происходит?

— Проверяют нас, — сбивая строй спокойной речи, сказала Лена.

— Откуда проверяющие?

— Госторгинспекция по Санкт-Петербургу.

— Документы, направление на проверку предъявили?

— Да…

— Так. Хорошо. Что теперь?

— Хотят, чтобы я акт подписала.

— Что мешает? С чем вы не согласны?

— А нам всё равно, с чем она не согласна, — решила вмешаться тётка, оттеснённая от пульса событий скоростью неожиданного диалога. — Мы вдвоём подпишем с Михаилом Петровичем, а вы потом можете объясняться с нашим руководством.

— Я ваши права, кажется, не подвергаю сомнению. Дайте и мне разобраться. Так в чём дело?

Доктор не говорил, а лаял, как злобная, натасканная на людей собака. Елена Михайловна понимала, что он союзник и защитник, ум рассудительно успокаивал, но кожа, глаза, голосовые связки и слёзные железы реагировали по-своему, она ответила за шаг до слёз и страха:

— Я ничего не буду подписывать, если мне хамят, разговаривают, как с преступницей, и ещё на диктофон записывают.

— Какой диктофон?

— Да вот, на столе лежит. Она его всё время в сумке держала, а теперь вот достала и угрожает.

— Вас предупредили о наличии диктофона?

— Никто меня ни о чём не предупреждал.

— А вы знали? — сменив тон, вежливо спросил Доктор у мужчины.

— Это не вопрос моей компетенции. Я могу судить только о нарушениях на вашем предприятии.

— Понятно. Ну что ж. Подписывайте, — вздохнув, обратился Боря к злой тётке.

— А вы?

— Так вы же сказали, что вам всё равно. Вы уж тут три часа проверяете. Не надоело? Подписывайте, забирайте, идите, и мы отдохнём.

Тётка задумалась, вернее, попыталась, да не вышло.

— Ну что, не будете? Ну так давайте порвём эти бумажки, и разошлись друзьями, — Доктор протянул руку к двум экземплярам написанного от руки акта.

— Вы как смеете! Да что это за хулиганство!

— Так вы же не хотите подписывать.

— Я подписываю.

Она схватила ручку, действительно подписала дважды, протянула её мужичку:

— Михаил Петрович!

— Погодите, — сказал Доктор. — Михаил Петрович! Дружеский совет: не спешите. Сейчас заместитель директора с главным бухгалтером подпишут, потом вы. Успеется, а неприятностей некоторых можно избежать.

— Каких неприятностей?! — вскрикнула тётка, качнувшись в сторону Доктора. Хотела шагнуть, но остановилась — не драться же на самом деле.

— Елена Михайловна. Напишите просто. Вот тут есть специальная графа. Пишите: от подписи под актом отказываюсь, поскольку проверяющая, фамилию этой дамы найдите в начале, в ходе проверки применяла угрозы, запугивания и скрытую запись событий с помощью принесённого с собой диктофона. Я приглашу Татьяну Владимировну. Пусть она тоже подпишет.

Ах, как сладко побеждать! У девочек руки подпрыгивали над бумагой от близкого дыхания счастья, буквы выходили кривыми и не становились на свои места, но они молодецки вывели все предписанные слова и затихли в уголку.