Андрей Лещинский - Причина смерти

На обрезе воспоминаний и чувств, связывавших её с Сергеем Евгеньевичем, чья «чайка» только что раздражённо повернула направо с Владимирского на Невский, нарушив правила, напугав троллейбус, проделав дырку в потоке пешеходов, переходивших проспект, и заставив отдать честь постового гаишника; она подумала, что мужик он, может быть, и ничего, а то, что в секретарши по-наглому зовёт, так, может, он иначе ухаживать не умеет, чёрт его знает, что за девушки обычно ездят с такими, как он, и, кстати, чёрт его знает, кто он сам такой. Предложение, конечно, он сделал свинское, но она очень хорошо видела в его глазах за тоненькой плёночкой искусственно лелеемых низких качеств психики, вроде лукавства, деловой жёсткости, интеллектуального и многоопытного превосходства, бешеное и привычное ей желание, которое ясно написанными знаками, мерцавшими на влажной поверхности глазных яблок, собиравшимися в концентрические и всё более тесные по мере приближения к зрачку круги, а потом обваливавшимися в это чёрное средоточье плотной, бесконечной и уже плохо различимой толпой, сказало ей, что он искренен и действительно предложил самое, по его мнению, лучшее и ценное, именно то, что полагал, и вполне основательно полагал, наиболее интересным и привлекательным для молодой провинциалки. Она прекрасно понимала, что шестьсот рублей в месяц — это немыслимая куча денег, что за поездку в Японию можно не то что с хотя и пожилым, но довольно интересным Сергеем Евгеньевичем, а с орангутангом из зоопарка трахнуться, и, как ей было свойственно от рождения и даже, чего она, конечно, не знала, гораздо, намного раньше, почувствовала лёгкую, но несомненную тягу и ответное желание того человека, который по-настоящему желал её и готов был поступать решительно и соответственно.

Её ответное желание было знаком будущих событий. Пока что она поворачивалась глазами к Быку, и в это время на самом краю сознания мелькнула и тут же погасла, как падающая звёздочка на окраине бледного неба, мысль о том, что шестьсот рублей и правда огромные деньги, что за границу иначе никогда не съездишь, что Сергей Евгеньевич хочет её купить, но и предлагает выход их кругов новосибирской бедности и ленинградского пьянства, и что бывает такое имущество, рабом которого становится приобретший его хозяин.

Она забыла об этом, даже не заметив толком, ей было интересно подойти к Быку, который уже смотрел на неё с таким мрачным и мужественным выражением загорелого лица, что ей стало очень страшно и приятно; подумала: уж не побьёт ли, захотелось подойти, поговорить, остаться вдвоём и ощутить на себе вес его могучего тяжёлого тела. Она ещё успела заглянуть внутрь «Сайгона», заметила Катьку в новых чёрных джинсах и чёрной с какими-то заклёпками, накладками и ляпками кожаной куртке, а сбоку от столика эту толстенькую девчонку, Женьку, кажется, которая почему-то глядела на неё белыми, совершенно белыми, так сузились зрачки, блестевшими от непонятной ненависти глазами. Она от всего отвернулась, посмотрела прямо на Быка, подошла к нему и сказала тихо и звонко:

— Привет! Чего скажешь? Злишься? Бить будешь? Можно я рядом с тобой постою немножко?

Конечно, телепатии не существует. Однако, выражения «телепатии не существует» и «телепатий нет» разнятся грамматическим строем и не могут полностью совпадать по смыслу. Существующее уселось медным задом явлений, то есть того, что более или менее явно, на каменную основу обстоятельств, подмяв под седалище и спрессовав всё в некое ограниченное пространство, пригодное для восприятия, но всеобщности не бывает. Нечто тонкое и эфирное бледной струйкой выскользнуло из не имеющей толщины щели, расплылось прозрачным неощутимым пятнышком и тихим несуществованием умеет влиять на дела нашего мира не хуже внушительных предметов и явлений с общепризнанными качествами и достоинствами.

Сидевший в комнатёнке дежурного врача Боря Доктор не знал и знать не мог того, что происходило в трёх сотнях метров от больницы. Он перечитывал в русском переводе старинный китайский рассказ о воине, много лет готовившемся к выполнению важнейшей задачи — убийству какого-то ничем не интересного удельного князя. И вот, в момент наивысшего торжества, когда боец с мечом в руках выговаривал изумлённой нападением жертве длинную речь с объяснением причин происходившего, некто, высунувшись из-за тоненькой бумажной ширмы, сумел отрубить нападавшему руки. Боря с подступавшим затруднением дыхания читал, как воин, осознав круто изменившийся ход событий, краткими словами осудил себя и свой способ достижения цели, а дальше, о загадка, сполз по стене, стал похож на совок для мусора и умер. Он почувствовал, что сейчас заплачет, схватил сигареты с зажигалкой и, как был в белом халате и колпаке, вышел под портик главного здания перекурить на свежем воздухе. Сознание скрывало от него простейшее истолкование слёз, дёрганий, желания курить, он думал, что они от рассказа и любовных волнений, а это просто тяжкий грохот новой волны запоя уже слышался вдалеке и быстро приближался к мозгам и телу бедного Доктора.