Джеффри Арчер - 36 рассказов

Через несколько дней императрица согласилась удовлетворить просьбу сэра Александра.

Почти год спустя после того памятного дня посланник в сопровождении мандарина отправился из Пекина в деревушку Халичуань. По прибытии сэр Александр спешился и вошел в столь памятную ему мастерскую. Старый мастер сидел на своей рабочей скамье, шляпа чуть набок, любовно держа в руке необработанную заготовку слоновой кости. Он оторвался от работы и шаркающей походкой двинулся к гостю, но узнал его не сразу, а лишь когда подошел буквально вплотную к иностранцу-великану. Тогда он отдал ему низкий поклон. Посланник сказал ему через мандарина:

— Я вернулся, сэр, еще до окончания календарного года, чтобы воздать вам за вашу доброту.

— В этом нет никакой необходимости, ваше превосходительство. Моя семья гордится тем, что маленькая статуэтка нашла приют в вашем великом посольстве, а со временем ею смогут любоваться и у вас на родине.

Сэр Александр не нашел слов, которые могли бы послужить достойным ответом, и просто предложил старому мастеру отправиться вместе в небольшое путешествие.

Мастер согласился без лишних слов, и они втроем, верхом на ослах, отправились на север. Они ехали более двух часов по узкой извилистой тропинке, поднимаясь на холм, высившийся за мастерской; а когда достигли деревни Матиен, их встретил другой мандарин, который низко поклонился посланнику и предложил сэру Александру и старому мастеру продолжить путь уже пешком. Они в молчании дошли до края деревни и остановились, достигнув лощины между холмами, откуда открывался прекрасный вид на всю долину, вплоть до деревни Халичуань. В лощине стоял недавно построенный белый дом, небольшой, но удивительно пропорциональный; вход охраняли две каменные львиные собаки с высунутыми языками.

Старый мастер, не произнесший ни слова с того момента, как они вышли из мастерской, так, похоже, и не догадался о цели их путешествия, пока посланник не обратился к нему со следующими словами:

— Этот скромный, не заслуживающий внимания дар, — моя слабая попытка воздать вам за вашу доброту.

Старый мастер упал на колени и стал молить мандарина о снисхождении, потому что знал: принимать дары от иностранцев запрещено. Мандарин поднял его с колен и разъяснил, что разрешение даровано самой императрицей. Радостная улыбка осветила лицо старого мастера, и он медленно пошел к двери этого прекрасного белого дома, а перед входом замедлил шаг и, не удержавшись, погладил одну из каменных собак. Путники провели больше часа, с восхищением осматривая дом, а потом вернулись в мастерскую в деревушке Халичуань, причем старый мастер весь обратный пребывал путь в восторженном молчании. Там они расстались. Долг чести был уплачен, и сэр Александр по пути в Пекин удовлетворенно размышлял, что его действия встретили одобрение как мандарина, так и леди Хиткоут.

Посланник завершил свою миссию в Пекине, и императрица наградила его Серебряной звездой, а благодарная королева добавила к его немалому списку наград еще и орден королевы Виктории второй степени. Вернувшись домой, сэр Александр провел несколько недель в Министерстве иностранных дел, разбираясь с документами в отделе Китая, после чего ушел в отставку и поселился в своем родном Йоркшире — единственном английском графстве, жители которого все еще надеются, что им удастся родиться и умереть в одном и том же месте, — и в этом они похожи на китайцев.

Сэр Александр провел последние годы жизни в доме своего покойного отца, вместе со своей женой и статуэткой императора династии Мин. Статуэтка занимала почетное место на каминной доске в гостиной, дабы все желающие могли ею любоваться.

Будучи человеком аккуратным и пунктуальным, сэр Александр составил длинное и скрупулезное завещание, в котором дал подробные указание относительно всего своего имущества — включая и маленькую китайскую статуэтку. Он завещал императора Куна своему старшему сыну и поставил условие, чтобы тот поступил точно так же; таким образом, статуэтка должна была переходить от старшего сына к его старшему сыну — или дочери, если мужская линия семейства прервется. Кроме того, он включил в завещание пункт, запрещающий продавать статуэтку, — разве только для спасения чести семьи.

Сэр Артур Хиткоут умер накануне своего семидесятого дня рождения, когда часы били полночь.

Следующим владельцем статуэтки императора династии Мин стал первенец сэра Артура, майор Джеймс Хиткоут, служивший в это время своей королеве в сражениях с бурами. Майор был боевым офицером в полку герцога Веллингтонского; однако, при всем своем невеликом интересе военного человека к вопросам культуры, даже он не мог не признать неординарность этой фамильной ценности и потому передал статуэтку в полковую столовую в Галифаксе, с тем чтобы все его собратья-офицеры также могли любоваться изображением китайского императора. Когда Джеймс стал командиром полка герцога Веллингтонского, император занял место рядом с почетными наградами, которых полк был удостоен в боях при Ватерлоо, Севастополе и Мадриде. Там статуэтка династии Мин пребывала до тех пор, пока полковник не вышел в отставку и не удалился в родительский дом в Йоркшире, где император был водружен на уже привычное место на каминной доске в гостиной.