Гарольд Роббинс - Мустанг

Появились Джон и Баффи. Джон кивнул Вану.

— Э... ну... может быть... — забормотал Ван.

— Обойдемся без ложной скромности, — оборвал его Джон. — Энн этим не страдает.

Носовую каюту освещала крошечная лампочка под потолком. Места хватало лишь на две койке да узкий проход между ними. Ван и Энн легли лицом друг к другу. Его набухший член оказался у нее между ног. Она продолжала смотреть на него огромными черными глазами и вновь подставила губы для поцелуя.

Он нежно поцеловал ее.

— Энн, — прошептал Ван, — мы не будем снимать твои трусики.

— Нет, — ответила она. — Нельзя.

— Если хочешь, можешь меня потрогать.

Пальцы ее сомкнулись на его «молодце», и интуитивно Энн поняла, что надо делать. Через минуту сперма брызнула на ее руку и ноги.

— Энн, я хочу, чтобы ты знала, что я тебя люблю. Я не буду встречаться с другими девушками, пока ты не вырастешь и мы не сможем пожениться.

Алисия пригласила семейство Перино на обед в День Благодарения. Ее внук Ван приехал из Гарварда и остановился у нее. Все собрались в гостиной у большого, отделанного мрамором камина, в котором потрескивали горящие полешки. Выпивали, закусывали.

Билл Адаме и Анджело отошли к окну, чтобы поговорить о делах.

— Компания «Фроулих и Грин» наконец-то сделала акционерам официальное предложение. Шестьсот двадцать пять долларов за акцию, при условии приобретения не менее пятидесяти одного процента акций «ХВ моторс». Сто пятьдесят долларов — деньгами, четыреста — варрантами (документ, дающий право на покупку акции по фиксированной цене) на свои акции, семьдесят пять — векселями.

— Я уж начал гадать, не дали ли они задний ход. — Анджело пригубил «мартини».

— У них возникли трудности с ресурсами. Я кое с кем поговорил, вот они и начали пробуксовывать.

— Но нужную сумму они все-таки наскребли.

— Да, нашлись желающие подыграть им. Они собрали сто пятьдесят миллионов долларов, которые им необходимы, если акционеры «ХВ моторс» примут их предложение. Они обеспечили векселя залоговым покрытием. С трудом, но обеспечили. А вот варранты вызывают сомнения. «Фроулих и Грин» оценивают каждую акцию в четыреста пятьдесят долларов. Предлагают варрант за четыреста. Но они могут стоить гораздо меньше.

— Если за их акции никто не даст четырехсот долларов.

— Совершенно верно. Анджело покачал головой.

— Я все-таки не понимаю, где эти парни раздобыли деньги. Бойски в тюрьме. Милкен под следствием. Наверное, в мире полно дураков.

— Включи в их число и Лорена Хардемана Третьего, — мрачно усмехнулся Билл Адаме.

Ни Ван, ни Энн не могли скрыть того, что легко читалось по их глазам. Как она смотрела на него, как он трогательно ухаживал за ней.

— Что это между ними происходит? — спросил Анджело Синди в уединении их спальни.

— Они влюблены.

— Господи! Ей всего четырнадцать!

— Он обещал ей, что не будет встречаться ни с одной женщиной и дождется, пока она вырастет и выйдет за него замуж Она дала ему такое же обещание

— Господи! Только не говори мне, что они...

— Еще нет. Энн в этом клянется, и я ей верю. Она говорит, что прошлым летом у них были такие возможности, но они решили подождать. Если в я могла сказать то же самое о Джоне и Баффи. Он мне ничего не говорит, но я могу догадаться, на какой уровень вышли их отношения.

— Я этим занимаюсь с шестнадцати.

— Ты никогда не интересовался подробностями моей биографии, но девственность я потеряла... Потеряла? Нет, это не так. Я с радостью рассталась с ней в четырнадцать лет.

Синди стояла перед зеркалом, с неудовольствием рассматривая красные полосы, оставленные на талии колготками, в которых она ходила всю вторую половину дня и вечер. Исчезнут они лишь через несколько часов. А вот пояса таких следов не оставляют. Синди решила больше не носить колготок. Бюстгальтерами она тоже старалась не пользоваться. А если уж и надевала, то легкие и неплотно прилегающие, чтобы не травмировать кожу.

— Может, в этом нам повезло. Нашим детям приходится сохранять моногамию. В век СПИДа иначе нельзя.

— А к наркотикам они не пристрастились?

— Энн иногда пьет пиво. Она мне говорила. Полагаю, Джон уже прикладывался к чему-нибудь покрепче. Но беспокоиться не о чем.

Анджело лежал в кровати, дожидаясь, когда Синди составит ему компанию. Он покачал головой.

— Я вот ни разу не нюхал кокаин. Травку одно время покуривал, но ничего больше.