Уильям Шекспир - Буря

Ступню дай поцелую. Присягну
Тебе на верность.

Я поведу к чистейшим родникам.
Насобираю ягод, буду рыбу
Тебе ловить, за хворостом ходить.
Чума пожрет пусть моего тирана!
Теперь я не ему — тебе слуга,
О небожитель!

Я к яблоням сведу тебя, когтями
Орешков я нарою земляных.
Я покажу сойчиное гнездо,
Силками научу ловить мартышек.
Я знаю, где лесных орехов тьма.
Со скал добуду пташек желторотых.
Идем со мной.

Прощай, хозяин, хватит, отслужил!

Не скребу, не тру, не мою,
За дровами ни ногою,
Рыбных не пружу запруд.
Слуг других пускай найдут.
Ккали-ббаша, Калибаша,
Перрменилась служба наша!

Среди забав бывают и такие,
Где терпишь боль и труд; но оттого
Они лишь слаще. Можно, не унизясь,
И через унижение пройти.
Ведет и нищий путь к богатой цели.
Груз этот был бы и тяжел и мерзок,
Но та, кому служу, меняет все —
Кропит живой водою, обращает
Мне труд в утеху. Добротой своей
Она превысила отцову крутость;
А крут он беспощадно. Приказал
Перенести и стенкою сложить
Целую гору чурбаков и бревен.
Она в слезах глядит, как их таскаю;
В диковинку ей благородный раб.
Однако я раздумался некстати…
Но мысли эти сладкие бодрят
И не мешают мне, а помогают.

Я вас молю не надрываться так.
Чтоб молния сожгла все эти бревна!
Да опустите наземь, отдохните.

Оно смолой заплачет в очаге,
Прося у вас прощения за тяжесть.
Отец сейчас ушел в свои занятья.
Спокойно отдыхайте три часа.

Но, дорогая госпожа моя,
Успеть же надо с этим до заката.

Садитесь. Поношу-ка их сама.
Дайте сюда, я отнесу.

Ну что вы.
Скорее лопнут мышцы и хребет,
Чем, сидя сложа руки, допущу вас
Позориться.

Мне это не зазорней,
Чем вам. И легче во сто раз. Ведь я
Примусь с охотой, вы ж — по принужденью.

Мой бедный человечек! Ты любовью
Поражена. Иначе б не пришла.

Устали вы.

О нет. Когда вы рядом,
В душе утреет ярко и свежо.
Скажите имя ваше, чтобы знал я,
Кому молиться.

Звать меня Миранда.

Ох, я нарушила приказ отца!

Миранда! Дева мира! Диво мира!
Встречал я многих женщин. Много раз
Пленялся музыкою женской речи.
То тем у них прельщался, то другим.
Но каждый раз досадные изъяны,
Как ложка дегтя, портили весь мед,
Мешая полюбить. Но вы… О, вы
Вне всяких оговорок совершенны!
Чтобы создать вас, у земных созданий
Все взято лучшее.

Не знаю я
Подружек, нянек. Женское лицо
Лишь в зеркале отчетливо видала.
А из мужчин мне ведомы отец
Да вы, мой друг. Какая там на свете
Есть красота, не знаю. Но клянусь
Девичьей непорочности алмазом,
Я б не хотела спутника иного,
Чем вы, и образ никакой иной
Не мил… Но горожу невесть я что.
Забыла все отцовы наставленья.

Я — принц, Миранда. А теперь — король,
К моей печали. Дровяного рабства
Я не стерпел бы, как не потерплю,
Чтобы в губу впилась мясная муха.
Но вот тебе признанье: в тот же миг,
Как я тебя увидел, я рванулся
К тебе всем сердцем, стал твоим рабом —
И стал покорным этим дровоносом.