Гарольд Роббинс - Соблазнитель душ

Рэндл повернулся с Джейн Даусон.

— Мисс Даусон.

— Мистер Рэндл. — Она взяла со стола листок бумаги. — После показа передачи по телевидению мы получили сто одиннадцать тысяч пятьсот двадцать один телефонный звонок. То есть реакция телезрителей оказалась необычайно высокой, учитывая ту часть аудитории, которая смотрела передачу. В радиопередачах мы просили отправлять нам открытки. Мы продолжаем их получать, так что назвать окончательную цифру я не могу. На текущий момент открыток и писем получено более двухсот тысяч. Это, опять же, с учетом числа радиослушателей, свидетельствует о чрезвычайно высоком интересе, проявленном к передаче. — Она положила листок. — Поэтому я с уверенностью могу сказать, что передача удалась.

— Благодарю, — кивнул старик. Повернулся к Дику Крэйгу. — Я знаю, что многие сторонники вашей организации смотрели проповедь. Каково их впечатление?

— «Американцы — за лучшую жизнь» настроены положительно, мистер Рэндл. Они полагают, что эта программа поможет выразить и донести до остальных их точку зрения на ситуацию в стране и в мире.

— Миссис Лейси?

— Члены совета директоров Женского христианского совета считают, что преподобный Толбот — пример того, каким должен быть молодой американец-христианин. Мы будем гордиться тем, что поддерживаем эту программу.

— И, наконец, мистер Эверетт?

Руководитель рекламного агентства откашлялся. Оглядел сидящих.

— Вы, разумеется, понимаете, что в наших опросах мы используем совсем другие критерии. Нас интересовала реакция на образ, созданный главным действующим лицом передачи. — Он выдержал паузу, дабы подчеркнуть важность следующей фразы. — Мы выяснили, что реакция на преподобного Толбота, как у мужчин, так и у женщин, сугубо положительная. Мужчины видят в нем сильного лидера, которым они восхищаются, у женщин он вызывает как материнские, так и сексуальные чувства, — вновь пауза. — Мое профессиональное мнение таково: хотя это будет и непросто, мы сможем создать образ для преподобного Толбота, который будет способствовать достижению наших целей, в масштабе всей страны.

— Хорошо, — кивнул старик. Наклонился к Пастырю. — Преподобный Толбот, вы, кажется, хотите что-то сказать?

— Да, мистер Рэндл. Все, что я здесь услышал, безусловно, интересно, но я не получил ответа на вопрос: что мы будем делать дальше?

— Хороший вопрос, преподобный Толбот, но ответ на него мы постараемся найти вдвоем. — Он поднялся. — Дамы и господа, позвольте поблагодарить вас за насыщенную беседу.

Совещание закончилось, и один за другим, попрощавшись, все гости, кроме Пастыря, покинули комнату. Старик молча смотрел на него, жуя сигару. Молчал и Пастырь.

Наконец Рэндл вынул изо рта сигару, изучающе оглядел ее.

— Я мог бы возвысить тебя над папой, — раздумчиво произнес он.

Пастырь ничего не ответил.

— Разумеется, многое будет зависеть от тебя.

Пастырь вновь не открыл рта.

— Ты должен убрать лишних. Избавиться от этого здоровяка-ниггера, который трется рядом с тобой, и китаянки. Они не соответствуют твоему образу. Люди не любят ниггеров и китайцев. И еще эти десять девчушек, которые омывали тебе ноги, словно ты — Иисус Христос. Они слишком много говорят. Теперь вся съемочная группа знает, что ты перетрахал их всех. Они тоже должны уйти.

— Это все? — спросил Пастырь.

— Нет. — Рэндл перестал разглядывать сигару, поднял глаза на Пастыря. — Ты также должен перестать трахать мисс Даусон. Ты так вскружил ей голову, что она не может выполнять порученную ей работу. Кроме того, у меня к этой девушке личный интерес.

Пастырь встал.

— Благодарю вас, мистер Рэндл. С вашей помощью я узнал много поучительного.

Старик вперился в него взглядом.

— И что ты узнал?

— Что вы мне не нужны. Я смогу все сделать сам.

Рэндл пренебрежительно хмыкнул.

— И где же ты возьмешь пять миллионов долларов, которые необходимы, чтобы вывести тебя в люди?

— Я, как и вы, мистер Рэндл, слышал результаты опросов. Передачу показывали во многих местах. Она понравилась не только вам.

— Мелочевка, — бросил старик. — Пройдет не один год, прежде чем ты начнешь зарабатывать настоящие деньги. Сынок, с моей помощью ты уже в этом году будешь иметь тридцать, сорок, может, пятьдесят миллионов.

— Я молод, мистер Рэндл. И могу подождать. Торопиться мне ни к чему.

— Неужели так трудно выполнить мою просьбу? — удивился старик. — Что особенного в этих людях? Их можно легко заменить другими.