Гарольд Роббинс - Соблазнитель душ

Затем Пастырь сошел с платформы и пожал руки каждого, кто в этот момент омывал их водой, текущей из золотых кранов, после чего скрылся за занавесом. Прошло больше часа, прежде чем тент покинули все, за исключением одного человека: Джейк Рэндл по-прежнему сидел на скамье, когда Пастырь вышел из-за занавеса.

Их взгляды встретились, а несколько мгновений спустя старик поднялся и медленно двинулся к выходу.

— Мистер Рэндл! — позвал его Пастырь. Вы не хотите омыть руки святой водой? Или вы настолько безгрешны, что вам это не нужно?

Старик обернулся, тяжело опираясь на палку.

— Вы обманщик, мистер Толбот, — скрипучим голосом ответил он. — В этих бочках святой воды из реки Иордан не больше, чем простой воды в пересохшем русле, рядом с которым стоит этот шатер.

— Если вы так думаете, мистер Рэндл, не пройдете ли вы со мной?

После короткого колебания старик последовал за Пастырем, вновь скрывшимся за занавесом. Девушки в белом тем временем относили ящички с пожертвованиями в фургон, где собирались и пересчитывались деньги.

В молчании Пастырь и старик, от которого ни на шаг не отходил телохранитель направились к пересохшему руслу. Старик не мог поверить своим глазам. Сверкающая на солнце вода наполовину заполняла еще недавно сухое русло.

Джейк Рэндл повернулся к Пастырю.

— Это чудо. — Он внезапно осип.

Пастырь покачал головой.

— Нет, мистер Рэндл. Это не чудо. В час дня впервые за долгое время открыли шлюзы на дамбе, перегораживающей Песос-ривер. Воду ждали здесь к четырем часам.

Джейк Рэндл долго молчал. А потом заговорил другим тоном, проникшись уважением к Пастырю.

— Вы сможете пообедать со мной сегодня, мистер Толбот?

— Преподобный Толбот.

— Где вы получили ваш сан? — спросил Рэндл.

— В Христианском колледже в Сиу Фолс.

Рэндл пристально посмотрел на него.

— Это же колледж заочного обучения.

— Возможно. Но там сильный теологический факультет.

Рэндл кивнул.

— Хорошо. Преподобный Толбот, вы сможете пообедать со мной сегодня, в восемь вечера?

— С превеликим удовольствием, мистер Рэндл, если вы пришлете за мной свою машину.

Пастырь вышел из крошечной душевой в задней части фургона, снял с крючка полотенце, начал вытираться. Из-за занавески, отделявшей душ и туалет от остальной части фургона послышался голос Чарли:

— Хочешь «косячок»?

— Не откажусь. Я выжат, словно лимон.

Она отодвинула занавеску, подошла к нему, все еще в белом платье. Сунула ему в рот маленькую самокрутку, зажгла спичку.

Пастырь глубоко затянулся, кивнул.

— Отличная «травка».

Чарли улыбнулась.

— Другой не держим. Повернись, Пастырь, я вытру тебе спину.

Она взяла из его рук полотенце, он повернулся к ней спиной.

— Чем занят народ?

— Тарц и Беверли считают деньги, остальные прибираются.

Пастырь шагнул к маленькому окошку, выглянул. Шатер уже опустили на землю и мужчины сворачивали брезент. Скамьи укладывали в кузов грузовика. Он вновь затянулся и вернул «косячок» Чарли.

— Достаточно. Мне уже хорошо.

Она удивленно посмотрела на него.

— С двух-то затяжек?

Пастырь рассмеялся, забрал у нее полотенце.

— Не могу же я обкурившись придти на обед к Рэндлу.

— Я вообще не понимаю, чего ты с ним якшаешься. Я слышала, он такой скряга, что с него не выжмешь и цента.

— Где ты это слышала?

— Мне сказал один из мужчин, что собирают пожертвования в церкви. На службе он появляется редко, а если и приходит, то не дает больше доллара.

Пастырь вновь засмеялся.

— На него это похоже.

— Так чего ты едешь к нему?

— Полагаю, из любопытства. Кроме того, он пригласил меня. Наверное, у него были на то причины. — Он обернул полотенце вокруг талии. — Пойдем посмотрим, как наши дела.

Чарли скоренько затянулась, затушила окурок и последовала за ним к столику, за которым сидели Беверли и Тарц. Перед ними лежали аккуратные стопки денег.

Беверли подняла голову.

— Четыре тысячи сто шестнадцать долларов.

Пастырь присвистнул.

— Неплохо.

— Более чем в два раза больше обычной суммы.

— Интересно, почему? — задумчиво спросил Пастырь.

— Потому что они услышали от тебя то, что хотели, — раздался за его спиной голос Джо. — Им уже не нужно сладеньких сказок. Они хотят, чтобы их пугали до смерти адскими страданиями и проклятием души.

Пастырь повернулся к нему.

— Ты действительно в это веришь?

— Абсолютно, — кивнул Джо. — Ты не видел их лиц. А вот я видел. Когда ты начал бить Тарца по лицу, они разве что не взвыли от восторга. Они искренне полагали, что ты борешься с дьяволом.