Кэтрин Сатклифф - Единственная моя

В четверть первого Оливия все так же сидела на краешке стула, время от времени поигрывая рукавами платья, а Майлз все не появлялся.

Двенадцать тридцать. Брайан продолжал глядеть в окно, ерзал на сиденье и то и дело спрашивал: "Мама, когда же он придет? ".

- Скоро, - отвечала она голосом, от которого в горле и в груди делалось так больно, что она не могла вздохнуть.

- Мамочка, - позвал Брайан, своими маленькими пальчиками сжимая ее руку. - Почему ты плачешь, мамочка?

***

Таверна "Пес и очаг" была на редкость переполнена для такого раннего часа. Мужчины теснились поближе к бару, время от времени поднимая кружки в шутливом тосте за жениха и невесту Брайтуайта.

- За этого ублюдка Кембалла, который за всю свою никчемную жизнь палец о палец не ударил. Пусть теперь они со своей женушкой пожинают плоды его труда!

- Старик Кембалл знает, как их собирать, а?

Они опять разразились оглушительным хохотом.

- Давненько не видал я эту девку Девоншир, но слыхал, она страшна, как крокодил.

- Да еще и с пацаненком, которого прижила, говорят, от румынского цыгана.

- Говорят, у нее вытатуирована пара драконов на заднице. По одному на каждой половинке. Когда она идет, то кажется, будто они пляшут ирландскую джигу.

Снова хохот, сотрясающий стены прокуренной таверны.

Мало-помалу смех затих, когда головы, одна за одной, стали поворачиваться к двери, где стоял граф Уорвик, великолепный в своем дорогом, прекрасно сшитом сером смокинге и брюках в полоску. Персикового цвета галстук, однако, был завязан немного косо, черные волосы растрепаны.

Тишина упала камнем, когда Дэмиен перевел недобрый взгляд с раздосадованных физиономий бражников на Майлза, который сидел, ссутулившись, в темном углу комнаты, обхватив горлышко бутылки виски.

Послышались приглушенные возгласы: "Почему мне никто не сказал, что он здесь?" и "Я и сам не знал". Майлз наградил разинувших рты завсегдатаев тонкой усмешкой и приветственно поднял свою бутылку. Затем он поднял глаза на брата, который подошел и остановился возле столика.

- Вы только поглядите, кто здесь, - протянул Майлз. -Какими судьбами, Дейм?

- Уверен, ты прекрасно знаешь, который час.

Он вытащил карманные часы из кармана жилета и открыл крышку.

- Половина первого.

- Ты ничего не забыл?

Майлз налил себе еще стакан и оттолкнул бутылку.

- Вообще-то, милорд, я сижу здесь и вспоминаю многое.

Дэмиен начал было говорить, Майлз отмахнулся и поерзал на стуле, взглянув на открытый циферблат часов, которые положил на стол возле бутылки.

- Надо признать, что решения, которые я принимал в молодости, не отличались мудростью. И теперь, когда я не так молод, я могу оглянуться на свои ошибки с некоторым пониманием и сказать себе, что не повторил бы их... будь у меня такая возможность.

- И какое отношение все это имеет к Оливии? - поинтересовался Дэмиен.

Майлз провел рукой по волосам и устало потер глаза. Наклонившись над столом, Дэмиен сурово заглянул в лицо Майлза.

- Кажется, я знаю. Ты считаешь, что она недостаточно хороша. Теперь, когда ты из кожи вон лезешь, чтобы стать настоящим джентльменом, возможно, ты чувствуешь, что, учитывая ее прошлое, она будет напоминанием о твоем. В этом дело, да, Кембалл? Как можно завоевать уважение, когда у тебя на шее сидит жена с таким же сомнительным прошлым, как и твое? Несомненно, она будет постоянным напоминанием того, что тебе снова пришлось довольствоваться объедками.

Майлз нахмурился.

Дэмиен отодвинул стул и опустился на него.

- Не возражаешь? - спросил он и, схватив бутылку, поднес ее ко рту. Может, ты и прав, Кембалл. То есть я не могу представить вас двоих вместе.

- Нет?

Дэмиен покачал головой.

- Нет. Кто захочет жену, которая плясала в чем мать родила вместе с цыганским сбродом?

- Она не была в чем мать родила, - огрызнулся Майлз.

- Но...

- На ней были шарфы.

- А... Ну, так еще эти ее татуировки...

- Они не видны, так какое это имеет значение? Откинувшись на спинку стула, Дэмиен пожал плечами.

- Ее никак не назовешь хорошенькой.

- Напротив. Бывают моменты, когда она очень даже ничего.

- В самом деле? Когда же?

- Когда снимает очки. Когда волосы ее слегка растрепаны ветром. Когда гнев или смущение - или спиртное - разрумянят ее щеки или когда она копается в саду с розами.

- Гм. Хорошенькая, говоришь.

- Ничуть не хуже своей испорченной сестрицы, Дэмиен посмотрел, как Майлз опорожнил свой стакан и снова наполнил его.