Кэтрин Сатклифф - Единственная моя

- Шантажист! - в ярости прошипела она. - Чего ты хочешь, чтобы больше никогда не появляться на пороге этого дома? - Внезапно она задумалась, затем глаза ее сузились. Приблизившись вызывающей походкой, она попыталась неуверенно улыбнуться.

- Не трудись, - сказал Майлз. - Ты мне совершенно безразлична.

- Ненавижу тебя, - злобно прошипела Эмили.

Он подмигнул, поправил рукава грязного пиджака и решил, что плащ подождет. Хватит с него этих Девонсуиков на сегодня.

- Мистер Уорвик.

Оглянувшись, он увидел Оливию, стоящую возле лестницы. На ней снова были очки. Волосы, однако, по-прежнему, очаровательно обрамляли ее лицо.

Развернувшись, Эмили направилась к ней, но остановилась только для того, чтобы сказать:

- Избавься от него, Оливия, пока не приехал лорд Уиллоуби, иначе я тебе этого никогда не прощу.

С этими словами она выскочила из холла в ближайшую комнату, захлопнув за собой дверь.

Прошло мгновение, прежде чем Оливия вновь обратила взгляд на Майлза.

- Ваш плащ, - ровным тоном произнесла она и подошла к нему с аккуратно сложенной накидкой. Ему пришло в голову, что Оливия, пожалуй, из тех женщин, которые помешаны на аккуратности. Несомненно, если б он поднялся по лестнице и зашел к ней в комнату, то обнаружил бы, что все кружевные штучки в ящиках комода находятся в строгом порядке и разложены по цветам. Хотя, с другой стороны, судя по ее манере одеваться, у нее, возможно нет кружевного белья.

- Ваш плащ, - повторила она, останавливаясь перед ним. По ее глазам он мгновенно понял, что она прекрасно знает, что только что произошло между ним и ее сестрой.

Он взял плащ.

Оливия отошла и скрестила руки на груди.

- Боюсь, я проявила явную скупость в выражении своей благодарности. Вы спасли Брайану жизнь. Единственным извинением за мое дурное поведение может быть то, что я позволила своему страху затмить чувство вежливости.

- В извинениях нет необходимости, мисс Девоншир. Как и в вашей благодарности. У меня такое ощущение, что вы прекрасно справились бы с ситуацией и без меня. Единственная разница, что я свалился в яму вместо вас.

Искра веселья зажглась в ее глазах и заиграла у нее на губах. Черт побери, у нее красивые губы. Приятные на вид, полные, розовые и мягкие. Он гадал, сколько мужчин целовали их так же горячо, как он вчерашним вечером.

- Ваша одежда, - произнесли эти губы. И улыбнулись. - Я совсем забыла о ней. Если вы пришлете ее, я позабочусь, чтобы она была должным образом заштопана и выстирана, а ваши сапоги начищены.

Майлз взглянул на свои ноги и грязные следы, которые оставил на полу и покачал головой.

- Нет, благодарю вас.

Не сказав больше ни слова, он резко повернулся, вышел из дома и постоял на крыльце, дрожа от холода, пока его кучер подгонял карету. Забравшись в нее, он опустился на кожаное сиденье, отодвинул бархатную занавеску и увидел Оливию, стоящую в дверях и глядящую ему вслед.

Она сняла очки.

Глава 6

Майлз оставался холостяком в свои тридцать девять лет, потому что, как ему казалось, он ждал появления своего идеала. Она, разумеется, должна была быть сногсшибательно красивой и очень умной.

Как с этим обстоят дела у Оливии Девоншир?

Во-первых, думал он, мисс Девоншир отнюдь не лишена привлекательности. Фактически, с соответствующей одеждой и прической она, пожалуй, могла бы соперничать со своей сестрой.

Ум? Это, возможно, необоснованное требование. Большинство женщин мало сведущи в чем-либо, кроме науки обмана и кокетства - Оливия Девоншир в этом счастливое исключение. По словам ее отца, кое в чем она могла бы превзойти даже его кембриджских профессоров по экономике... А помощь в этой области ему бы совсем не помешала.

Майлз откинул голову на край ванны, затянулся сигарой и нахмурился.

Конечно, у его жены должно быть прекрасное чувство юмора.

В этом маленьком чопорном существе - Оливии Девоншир - нет ни на йоту веселости. Без сомнения, лицо ее треснет, если она попробует засмеяться.

Хотя, с другой стороны, у нее, пожалуй, было не слишком много поводов для смеха. Кто-то должен научить ее не принимать жизнь слишком серьезно... это могло бы оказаться весьма интересным и приятным делом...

Женщина, на которой он мог бы жениться, должна быть из уважаемой семьи. Ее безупречная репутация и положение в обществе обеспечили бы ему уважение и максимальный успех, который всю жизнь проскальзывал у него между пальцев. Разумеется, все это весьма и весьма проблематично. Ни одна женщина такого общественного положения не пожертвовала бы для него и минутой своего времени, не говоря уже о приданом.