Эстер Верхуф - Рандеву

От чашки поднимался пар. Я даже не подумала о том, что нужно опустить в нее пакетик чая. Пить не хотелось.

— Знаешь, — продолжал Петер, при этом он запинался так, что мне стоило определенных усилий понимать его. — Эрик классный парень. Он мне очень нравится. Семья для него — это все. Он очень для вас старается. А когда я увидел, как ты и Мишель…

Петер отвел взгляд. Я молчала.

— Неважно… В общем, все это должно закончиться. Получается, что я залезаю к Эрику в карман, а мне вовсе не хочется так поступать. Все просто. Сейчас мне трудно. В этом, собственно, и проблема. И это только моя проблема.

Я не знала, что на все это сказать. Петер протянул через стол руку. Я свою убрала. По его лицу пробежала тень.

— Не бойся, я оставлю тебя в покое. В этих местах можно неплохо жить. Возможно, сейчас тебе так не кажется… Подумай хорошенько еще раз. Постарайся меня понять. Мне очень жаль. На самом деле очень жаль.

Петер смотрел на меня так честно, что я готова была поверить в эту галиматью.

— Эрик сказал, что ты хочешь вернуться в Голландию. Боюсь, что это моя вина. Я уверен, что, не будь всей этой истории, тебе понравился бы здешний климат и все остальное тоже. Дом у вас чудесный… В общем, подумай еще раз.

Он сделал большой глоток кофе.

— Почему ты не пьешь чай?

Я положила в чашку пакетик.

— И ты делал все это только из-за той давней истории? Из-за своей подруги?

Он кивнул.

— Да… Ты. Мишель, Эрик здесь ни при чем. Ну… может быть, немного. Это ревность. Я вытащил парня из помойки. Он ни на что не годился. Сидел в колонии для несовершеннолетних, нюхал кокаин, начал колоться. Он разрушал все, к чему прикасался. Больше всего он разрушал себя. Его ничего не интересовало. Я заботился о нем и, уж конечно, никогда не видел в нем соперника.

Петер жалко улыбнулся и нервно провел рукой по волосам. Я напряженно думала. Что-то не складывалось.

— Конечно, это ничего не меняет. Я ужасная скотина. Мне так жаль. И деньги нужны были. Не знаю, что на меня нашло. Надеюсь, ты сможешь все это забыть. Ведь сможешь, Симона?

— Не знаю, что тебе ответить, — сказала я правду. — Извини.

Зачем я извинилась? Пожалела Петера? Его рассказ звучал не очень правдоподобно, но был таким трогательным! Петер казался растерянным, пристыженным, он явно волновался. Но мне нужно было кое-что уточнить.

— То есть Мишель тут абсолютно ни при чем?

— Что ты имеешь в виду?

— Эти деньги… Я думала, что ты и Мишель…

— Прости, если у тебя сложилось такое впечатление. Мишель ничего не знает.

— Где он?

— На другом объекте. Я отправил его в одно местечко в Басконии. Это рядом с испанской границей. Глухая местность, горы. Бригада строит летний дом для моих друзей. Я просто отослал его подальше. Мишель ничего не знал. Я позвонил ему в субботу вечером, когда автобус был на полпути к его дому.

Когда Петер упомянул о Басконии, все встало на свои места. В горах мобильные телефоны не работают. Именно поэтому я не могла дозвониться до Мишеля. Мы договорились встретиться в воскресенье в том парке, где стоят караваны. Мишель не пришел потому, что его здесь уже не было. Накануне его отослали работать на другой объект. Когда он позвонил, я ошиблась. Мне показалось, что он сказал Pays Bas — Голландия, а это была Paysbasque — Баскония.

Рита, кажется, тоже упоминала о том, что у Петера было два новых проекта, причем один из них в Басконии.

Как я раньше об этом не догадалась?

Я сделала глоток. Чай остыл. Посмотрела на Петера. Он нарезал омлет большими кусками и начал есть.

— Ты мне не звонил на днях? — спросила я. — Поздно вечером?

Вандам оторвался от тарелки и удивленно посмотрел на меня. К уголку рта прилип листочек салата.

— Я тебе? С какой стати?

Я закусила губу. Это звонил Мишель. Он пытался до меня дозвониться.

— Когда Мишель вернется?

Петер не отводил от меня глаз. Я напряглась. Наконец он пожал плечами.

— Пока не знаю. Тебе это так важно?

Я кивнула.

Он отвел взгляд, покачал головой и неожиданно мягко сказал:

— Симона, девочка… Мне не хочется это говорить, но я скажу. Держись от него подальше. Он, пардон, трахает все, что двигается. Ты не первая. И уж точно не последняя. Увидев вас подпирающими стену моего дома, я нисколько не удивился. Понимаешь? У этого парня такая репутация. Он часто путается с замужними женщинами. Ты для него просто трофей. Новенькая. Приключение.

Кровь отхлынула от моего лица.

— Извини за грубость, — продолжал Петер. — У меня просто нет других слов. Я помогаю этому парню всем, чем могу, но он совершенно не в состоянии держать застегнутой ширинку.