Maria Maximova - Unknown

— Я тоже не дурак, Герцогиня.

— Знаю, — быстро сказала я.

— Я знаю, что ты знаешь. — Он зачерпнул начинку следующим куском, сунул его в рот, прожевал и закончил: — Однако, когда мы куда-то выходили, она никогда н пыталась достать свой кошелек.

Я прикусила губу и отвернулась, чтобы поставить бутылку на столик.

Повернувшись обратно, я старательно смотрела в свою тарелку, пообещав себе, что в следующий раз, когда мы пойдем ужинать, я хотя бы потянусь за кошельком.

В это время Макс произнес:

— Детка, это совершенно разные вещи.

Я подняла на него глаза:

— Что, прости?

Его следующие слова сказали мне о том, что он снова прочитал мои мысли по лицу.

— Ее я просто трахал, а ты моя женщина, и это совершенно разные вещи.

— Но я не была твоей женщиной, когда мы ели бургеры из бизона... или стейки в «Петухе», если уж на то пошло.

— Была, в обоих случаях. Особенно в «Петухе», детка. По дороге туда мы с тобой поспорили о твоем отъезде отсюда.

Ладно, с этим придется согласиться.

— Но мы с тобой практически только встретились, когда ели бургеры из бизона, — сказала я.

— Да, и что?

— Я не была твоей женщиной.

— Была, детка.

— Как это?

— Просто была.

Я уставилась на него, а он уставился на меня. Потом он спокойно повернулся к своей тарелке и взялся за следующий начос.

После того как он разжевал и проглотил его, я спросила:

— Значит, ты позволил бы женщине заплатить за ужин?

— Нет, — твердо заявил он. — Но я не против, чтобы она хотя бы попыталась достать кошелек. Он ей не понадобится, но я был бы не против.

— Значит, мне надо было достать кошелек? — давила я, и его глаза вернулись ко мне.

— Ты не поняла, что я сказал раньше?

— Макс...

Он слегка развернулся ко мне и опустил тарелку себе на бедро.

— Ладно, нам все равно надо об этом поговорить, а ты явно извращаешь все у себя в голове, так что скажем прямо. Если у нас все получится, детка, мне по барабану, достанет ли женщина кошелек, потому что я не собираюсь ужинать с другими женщинами, только с тобой. А ты никогда не станешь доставать кошелек. Как бы мы ни решали денежные вопросы, мы будем решать их дома, наедине. Когда мы куда-то выходим, плачу я, всегда. Тебя это устраивает или мы должны обсуждать это еще полчаса?

— Дело не в этом, дело в том...

— Дело в том, что ты посчитала, что вела себя невоспитанно, когда я говорю, Герцогиня, что рассердился бы, если бы ты полезла за кошельком. Насчет Шауны мне наплевать, потому что она не важна. Ты — важна.

Это был хороший ответ, настолько хороший, что у меня перехватило дыхание, и я тяжело выдохнула:

— Ладно.

— Ты меня поняла?

Все еще не дыша, я сказала:

— Да.

Макс некоторое время наблюдал за мной, потом, когда я справилась с дыханием и вернулась к своим начос, он поинтересовался:

— Как ты умудряешься быть одновременно такой раздражающей и умилительной?

— Наверное, это врожденное, — тихо сказала я себе в тарелку.

— Да, — пробормотал он, и я посмотрела на него. Он снова уткнулся в свою тарелку, но продолжал улыбаться.

— Макс, — окликнула я, и он посмотрел на меня, не донеся начос до рта.

— Я здесь, — ответил он и положил кусок в рот.

— Насчет работы...

— Да, насчет работы. — Он прожевал и повернулся ко мне. — Я берусь за нее.

— Макс...

— Нина, помолчи и послушай меня, ладно?

Я кивнула.

— Джордж и Тревор объяснили Битси, что у Керта были контракты, которые нельзя нарушать, иначе Битси потеряет деньги. Я прослежу за их выполнением. Потом Битси хочет сократить бизнес. Ей тоже не очень нравилась работа Керта. У меня есть некоторые идеи, для которых нужны будут работники, и у нас есть контракты, которые растянутся на довольно длительный срок. У ребят, которые захотят уволиться, будет достаточно времени, чтобы подготовиться. Я не собираюсь воплощать мечты Керта. Я собираюсь позаботиться о Битси и потом заниматься тем, что обеспечит нам крышу над головой и еду в животе, чтобы я мог спокойно спать ночью. Это тебя устроит?

Я уставилась на него, в очередной раз четко осознав, что чувство, съедавшее меня изнутри, давно ушло, и прошептала:

— Чарли.

Макс свел брови и спросил:

— Что?

Я сглотнула, тихо вздохнула, улыбнулась и снова уткнулась в свою тарелку.

— Чарли. Ты напоминаешь мне его. — Я набрала начинку на начос и посмотрела на Макса. — Он тоже умел превратить большие проблемы в маленькие. У него это очень хорошо получалось. — Я сунула кусок в рот, прожевала и продолжила: — Как у тебя.