Art Koba - Book

дядя на несчастных, — сказала Эдвина, припоминая собствен-

ный ужас при первой встрече с господином Биллингемом.

Официант провел их к столику, подал меню. Валентина по-

ложила перед собой книгу, которую так и забыла оставить в

купе. Книга немедленно заинтересовала Себастьяна.

—

«Математическая магия. Под редакцией профессора

М. Дейт мара», — прочитал он. — Где вы это достали, сударыня?

— Купила в той же лавке, что и путеводитель. Она была на

полке с уцененными книгами — видите, корешок отклеивает-

ся? Заплатила за нее каких-то полтора талла.

— И ты взяла ее с собой, когда мы собрались в Крякенберри?

Зачем? — удивилась Эдвина.

— Сначала просто хотела понять, с чем мы имеем дело.

Правда, почитать так и не удалось. А сейчас я собираюсь все-

рьез взяться за книгу, чтобы расколдовать подругу всем на ра-

дость, — ответила Валентина. — Это в идеале. Вообще мой план

состоит в том, чтобы попытаться узнать всё о чарах и не зави-

сеть при этом от профессора Довиласа. Неизвестность тяготит

сильнее самого ужасного приговора.

— Ты собираешься всерьез изучать магию? — спросила Эд-

вина. — Ради меня?

З А Б Ы ТО Е ЗА К Л Я Т Ь Е

2 1 1

— По крайней мере, мы скоротаем время, — подмигнула Ва-

лентина.

Она раскрыла книгу на оглавлении.

— Если мне не изменяет память, — сказал Себастьян, — гос-

подин Довилас назвал чары спонтанными…

— Да, я тоже это запомнила, — отозвалась Валентина и за-

шуршала страницами. — Вот! Так-так-так… А! «Функция вида…

что-то непонятное… есть спонтанные чары второго рода». Так…

дальше опять непонятно… Ага, вот еще! «Алгоритм решения

подобных уравнений слабо формализуется».

— Очень содержательный абзац, — фыркнула Эдвина.

Валентина пожала плечами:

— А как вам такой пассаж: «В общем виде решение задачи

с граничными условиями… опять непонятно… представлено в

виде графика, смотри рисунок пять»? Прелесть!

— Дорогая госпожа Хельм, — с чувством произнес Себас-

тьян, — если вы прочтете еще хотя бы одну фразу из этой книги, я буду вынужден пасть вам в ноги и молить о пощаде.

— Смейтесь, смейтесь, — добродушно протянула Валенти-

на, перелистывая испещренные формулами страницы. — По-

смотрим, кто будет смеяться последним.

В этот момент к ним присоединился профессор Довилас.

Пребывая явно не в лучшем расположении духа, он бросил

взгляд на книгу, которую Валентина не успела снять со стола.

— Вы собрались получать дополнительное образование, гос-

пожа Хельм? — спросил Марк, раскладывая на коленях салфет-

ку. — Боюсь вас огорчить, но в Ипсвике для женщин доступны

только курсы общей математики, фармакологии и акушерства.

— Ну что вы, профессор, я и не мечтаю стать волшебни-

цей, — ответила Валентина, скромно потупившись.

Однако Довилас поймал ее лукавый взгляд, брошенный из-

под опущенных ресниц, и невольно улыбнулся.

Подошел официант, чтобы принять заказ. Юная Хельм бла-

горазумно убрала книгу подальше от профессорских очей, и

обед продолжался в непринужденной обстановке.

К вечеру погода испортилась, и в Крамслоу поезд прибыл в

кромешной тьме и под дождем.

2 1 2

Елена Комарова , Юлия Луценко

— Вы не идете ужинать? — спросил Себастьян у профессора, с которым делил купе.

Маг отрицательно покачал головой, не отрывая взгляда от бу-

маг. Брок уже смирился с немногословностью своего спутника.

В полумраке коридора он едва не столкнулся с проводни-

ком и, насвистывая какой-то легкий мотивчик, устремился на

встречу с Эдвиной и ее компаньонкой.

Проводник, вернее Деревяшка в форме проводника, озада-

ченно посмотрел вслед удаляющему молодому человеку и по-

стучал в купе.

— Не надо ли че… — он запнулся, — …го?

На него смотрел Ипполит Биллингем собственной персо-

ной. Напротив портрета сидел незнакомый мужчина, по виду

северянин, по тяжелому взгляду — неприятный тип, по стран-

ным белесым нитям, тянущимся от портрета к пальцам незна-

комца, — еще и маг. Господин Биллингем сразу узнал своего

старого знакомого и, как в прошлую их встречу, сложил губы

трубочкой и сказал:

— Бу!

Деревяшка попятился. Дверь купе закрылась.

Вор бросился вон из вагона, подхватил подельника, который

удачно подвернулся под руку, и потащил в самый хвост поезда.

— Ополоумел?! — воскликнул Гвоздь.

Деревяшка отдышался и схватил приятеля за грудки.