Art Koba - Book

училище в родном Вальберге, а затем Консерватория имени

Пулизиса в Ранконе), Артур весьма смутно представлял себе, как работает сценическая машинерия. Впервые спустившись

в подвальные помещения, тенор был буквально сражен пово-

ротными кругами, подъемниками и прочими хитрыми приспо-

1 2 0

Елена Комарова , Юлия Луценко

соблениями, с помощью которых творилась самая настоящая

театральная магия.

К слову о магии. Театральная братия была суеверна и име-

ла свою сложную систему примет и всяческих знаков. Актеры

килограммами скупали амулеты и обереги, постоянно (от чего

общий эффект был довольно слабым) наводили друг на друга

порчу и всячески омолаживались магическими способами. Вре-

мя от времени кто-нибудь «делал» себе голос, но настоящие

профессионалы с презрением относились к таким «звездам на

один день». Потому что каждый мало-мальски уважающий себя

певец знает, что голос — это каждодневный тяжкий труд, это ды-

хательные упражнения, это пот и кровь, а вовсе не заговоренная

водичка и «ля» третьей октавы, звучащее, пока не выветрилась

магия. Кроме того, в театральном фольклоре имелась страшная

история о певице, которая с помощью магии достигла мировой

славы — но… Бедняжка могла петь только в присутствии зачаро-

вавшего ее мага. Закончилась эта история весьма поучительно: певица потеряла голос в ту секунду, когда умер ее волшебный

покровитель, и с той поры могла только сипеть и шипеть.

Осмотрев противовесы, Артур хотел было уже спускаться, но

решил проверить заодно и люстру. После спектаклей сверкаю-

щая сфера чудовищных размеров через специальный люк под-

нималась наверх и хранилась со всем тщанием. За двести лет

существования театра казусов с этим гигантом не случалось — и

Призрак надеялся, что не случится и впредь.

Рабочие уже начали выкатывать на сцену тяжелые декора-

ции, и Артур с удовлетворением следил за процессом, когда его

затылка вдруг коснулся легчайший ветерок. Призрак Оперы

ощутил неподалеку чуждое присутствие.

Резко обернувшись, он обвел пристальным взглядом колос-

ники, никого не увидел, но это его не успокоило, а скорее, на-

оборот, встревожило еще больше. Все чувства, обострившись до

предела, кричали о постороннем — странном, чужом, опасном.

Конти стиснул пальцами перила и прикрыл глаза. Успокоиться, дышать ровно, сосредоточиться… И тут он ощутил театр. За все

время «пребывания на посту» Призрак номер девять переживал

подобное чувство единения всего дважды.

З А Б Ы ТО Е ЗА К Л Я Т Ь Е

1 2 1

А потом он увидел чужака, увидел внутренним взором: ту-

манную фигуру — тень, метрах в пяти позади себя. Артур Кон-

ти, Призрак Оперы, открыл глаза и медленно обернулся.

Прячущийся в полумраке незнакомец сделал шаг вперед.

Очертания его струились, плыли, черты лица невозможно

было различить за туманной дымкой, он, казалось, балан-

сировал на грани двух миров — реального и потустороннего.

Артур прищурил глаза — и фигура напротив начала обретать

плотность и цвет, превращаясь в высокого прекрасно сложен-

ного мужчину с темными волосами. Чужак поднял руку, на

которой нарастал рукав белой сорочки, проявлялась запонка

и манжет, поверх ровным слоем ложилась ткань пиджака, — и

пошевелил пальцами. Сам собой завязался шейный платок, булавка черной каплей упала в середину узла. У Артура про-

неслась абсурдная мысль, что вот это и есть настоящий При-

зрак Оперы. Но нет, он не может быть таким… совершенным?

Безупречно красивым, бескомпромиссно элегантным, беско-

нечно надменным.

Артур против воли отступил назад, украдкой прикидывая

расстояние до боковой галереи, а «Призрак» двинулся на те-

нора, выставив вперед левую руку, с кончиков пальцев которой

зазмеились тонкие белесые ниточки.

Показать спину этому пришельцу Артур не смог бы, даже

собрав все свое мужество, а потому стал медленно пятиться.

Колосники задрожали, и эта дрожь передалась ему. Он оказался

на лесенке, спрыгнул на соседний мостик, отступил дальше, а

чужак все наступал, вопреки всем законам физики и здравого

смысла.

Еще один мостик зашатался под тяжестью Артура, снова

мостик, канаты, лесенка, и вот уже правая боковая галерея, а

белесые змеи уже почти касаются горла, и горят азартом погони

глаза незнакомца. И тут, ощутив спиной деревянную переборку, тенор собрался с духом и прыгнул на «Призрака».