Чайковская - Unknown

Как будто во сне смотрела Танрэй на происходящее внизу, в соседнем зале. Она

спустилась, и штукатурка перекрытия осыпалась на нее, а трещина разошлась

шире. Оцепеневшая женщина бессознательно стряхнула крошки с волос и

застыла на месте.

Она видела, как успел увернуться Ал, швырнув промахнувшемуся туру в морду

лиловый палантин Ормоны.

Осаженный на скаку, бык хлестнул себя хвостом по крутым бокам и, захрапев, мотнул головой. Пелена слетела, а за ней последовал удар, отшвырнувший Ала

шагов на десять. Зеваки поспешно уносили ноги с пути дерущихся.

Тур вздыбился над жертвой, готовый со всего размаха всадить в нее рога…

* * *

Несколько гвардейцев безуспешно рыскали во рве, тыча шестами и палками в

воду.

– Вот тут, тут, правее! – Саткрон указывал пальцем туда, куда, как ему казалось, свалился подстреленный зверь.

Повторять былую оплошность он не хотел. Труп надо было закопать, а если

тварь еще не издохла – добить, а потом закопать.

– Может, течением унесло? – предположил кто-то из солдат, ковырявшихся во

рву.

– А вон кровь на камнях! – добавил другой, и свет сразу нескольких фонарей

сошелся в одной точке. – Тут еще два волчьих следа…

– Ищите! Не могло его далеко унести, течения почти нет! – крикнул Саткрон, который никак не мог отделаться от противного ощущения, будто совсем

недавно его разглядывало что-то потустороннее, от упоминания чего дыбом

встают на загривке волосы и холодеет нутро.

– Тут, где кровь, человеческие следы! Странные. Каблуки как будто

подкованы… Никогда такой обуви у здешних не встречал…

– Да ищите, зимы и вьюги вас покарай! Ищите, пока никто сюда не приперся!

* * *

…И в тот миг, когда тур уже готов был добить противника, Ал исчез, а вместо

него призрачный волк вцепился в бычье горло.

Теперь Ал и Сетен наконец-то увидели друг друга безо всякого морока, для

окружающих же оставаясь волком и туром. Оба они мутузили друг друга и оба

лишь наполовину серьезно.

– Не знал, что тебе доступно напускать морок, братишка! Ну-ка поделись, когда

научился, у кого и как?

Ал врезал ему ногой в живот, и волк его взвизгнул от боли, а Сетен лишь слегка

пригнулся, чтобы не потерять равновесие.

– У тебя там что, латы?

Вместо ответа Тессетен, даже не касаясь, опрокинул приятеля навзничь, слегка

для этого дернув плечом. Конечно! Ему так хочется покрасоваться своими

умениями и превосходством своим над бездарным Алом! Даже руки завел за

спину, чтобы эффектнее смотрелось! Ал фыркнул и, лежа на полу, рассмеялся:

– И что ты завелся? Во-первых, это была просто дурацкая шутка. Во-вторых, –

он ухватил Сетена за воротник и, притянув к себе, добавил шепотом:– разве мне

одному улыбается Ормона?

Тот намахнулся, метя кулаком ему в лицо, но нарочно медлил, чтобы промазать, когда тот отдернет голову. Когда же Ал увернулся, он с гулом ударил рукой о

паркет и в кровь разбил костяшки:

– Этот мальчишка, Дрэян, мне никто. А ты – мой друг.

– И долго еще мы с тобой тут будем смешить народ, друг?

– Набьем друг другу морды да разбежимся…

– Что-то ты не спешишь, Сетен! – подначивал счастливчик-Ал.

– Злость коплю, – сплюнув в сторону, Тессетен отвесил ему пинка: – Вставай, тюфяк! Кстати, твой волк ранен.

– Н-да? – Ал посмотрел на подраненное плечо морока. – Не везет псине…

Кронрэй пьяненько восхищался: «Что творят! Что творят!», а тримагестр

Солондан брюзжал: «Мальчишки безмозглые!»

Ормона же присела в нише за фонтаном, где никто не увидел бы ее отчаяния.

* * *

Танрэй отвела взгляд от дуэлянтов и посмотрела на того, кто так внезапно и

уверенно взял ее за руку.

– Мутциорэ*?!

Его волосы и одежда были насквозь мокрыми, а на плече темнело

подозрительное бурое пятно, растекаясь по ткани светлой рубашки и темно-

серого камзола, сшитого по неизвестной моде. Танрэй коснулась пятна и

различила на пальцах кровь.

_____________________________

* Мутциорэ – (др.-орийск.) немой

– Ты ранен?

Тот слегка кивнул и, приобняв за талию, попытался увлечь к выходу.

– Мутциорэ, кто ты? Что ты здесь делаешь?

Он молча, по-прежнему молча, указал на арку. Танрэй вырвалась из его рук:

– Постой! Я не могу сейчас уйти отсюда!

Мужчина приложил палец к губам, потом вдруг слегка пригнулся и подхватил

ее на руки. И тут с ней будто бы что-то случилось: мышцы перестали слушаться

повелений мозга, а потом захотелось спать, обняв за шею этого знакомого