Vova - 3

136

лась на рабочее место, как всегда, к 9 00. Хотя никто её, заметьте, никогда

не заставлял оного делать.

— Ну что, как прошла поездка в родные палестины? — осведомилась

обрадованная Марианна, кончиками пальцев, поправляя плечики пла

тья. — Как там Пермь? Стоит?

Любопытные взоры женщин, были обращены на «путешественника».

— А куда ей деться, родимой? Всё о, кей! Стоит себе. Вещи вот, тёплые

привез.

— Да видим! Шубёнка то у тебя ничего!.. А мы тут, грешным делом, ду

мали, что уехал, да с концом. Бросил, дескать, на произвол судьбы! —

пошутила Тома. — Ладно, что хоть вернулся, не забыл коллег по несча

стью!

— Да уж… Счастьем нашу работёнку не назовешь!.. Как погляжу, жизнь

в клубе течет по старому?

— В Чайковский, намечается концертная поездка! — ответила за всех

директор. — А после неё, отправимся в Осу.

— Ого! Планы то наполеоновские!.. Слушай, Зина! Давно хотел спро

сить… — обратился к методисту, пожирающего «кумира» глазами. — Кон

курс хоровой самодеятельности города, ведь РДК курирует?

— Ну да… Что, подшабашить охота? — заулыбалась, от внимания к

своей персоне, Зина. — Недолго уж, ждать осталось! В конце февраля, круговерть начнётся!

— И сколько обычно платят?

— Да рублей 40 50 за подготовку хора… Но ведь, можешь набрать их

два или даже три!.. Вот тебе и вторая зарплата!

— Ощепков то, Евгений Семёныч наш, всегда не менее пяти коллекти

вов ведёт! — хитро подмигнула Девяткова. — Как говорится, бери пример!

Такое халтурное время, нельзя упускать!..

— А Вы не сможете подыграть, танцевальной группе, пару русских

танцев? — краснея, скромно спросила Наденька, до сих пор хранившая

молчание. — Не хотелось бы с ними работать, так сказать, под фоно

грамму.

— А что, всегда готов услужить такой прелестной мадемуазель! —

неосторожно брякнул я комплимент, в кругу других женщин клуба, которые, со скрытой неприязнью, посмотрели на «тихушницу» Надю.

— У него и так дел по горло! Оркестровый ансамбль, да еще аккомпа

нирование в номерах концертной программы! — высокомерно резко, выдала Марианна Абрамовна, уничтожающе, испепелив взглядом «наг

лую» соперницу.

137

— Но я хотела, как лучше… Извините… — смешалась бедняжка.

— Ну, вот и нечего тогда, отрывать человека от работы! — жестко

подвела итог директор. — А ты, — мягко обратилась ко мне, — сегодня

можешь отдыхать. С дороги ведь, — устал, небось… Но смотри, завтра

вечером репетиция! Верно, Тамара?

— Послезавтра… — поправила шефа Девяткова.

— Ну, пускай послезавтра! Только, чтобы всё было, как следует!

— Какой вопрос, Марианна Абрамовна!.. Тогда можно идтить?

— Иди, дорогой!

Самец, не торопясь, сохраняя мужское достоинство, вышел из РДК, почув

ствовав спиною, тоскливые взгляды женской половины коллектива. Ну, да пусть смотрят, мне то что! Ни жарко ни холодно… А всё таки, приятно!

что ж у нас сегодня? — подумал уже в холле, стоя у раздевалки. — К

«И

Ларисе, что ли, зайти?.. Но не много ли будет чести? Пройдусь ка, лучше

по дворцу! Давно ведь, хотел осмотреть музей нефтедобычи…».

По противоположной к художественной мастерской, лестнице, поднялся

на второй этаж. А потом, по коридору, с дверьми разных методкабинетов, направился в самый его конец, где и располагался музей. Шел, с любо

пытством, почитывая дверные таблички. И одна из них, немало заинтере

совала «незаурядную личность».

ектор философско

«С

идеологической работы» — волнуясь, прочел. Что

это еще за сектор? Надо выяснить!

Тихонько постучал. «Да да, войдите!» — ответил молодой женский голос, и «ёжик», как был в верхней одежде, так и зашел.

Взалитой солнцем комнате, с портретами «святой троицы» (с Ильичем) и разными политстендами по стенам, — стоял массивный стол, за кото

рым сидела миловидная, как показалось, худощавая черноволосая баба.

Даже сказал бы, красивая баба.

— Вы по какому вопросу, товарищ?

— Да вот, увидел табличку на двери и полюбопытствовал. Вообще

то, я здесь в РДК работаю!

— Вот как? — радостно оживилась женщина. — Значит, мы немного

коллеги!.. Ольга Феоктистовна Дацкевич! — протянула руку для пожа

тия. — А как Вас величают?

Посетитель скромно назвался.

— Понятно… А что, конкретно то, заинтересовало? — настроение у

Ольги Феоктистовны было приподнятым: говорила она быстро, с каким