Vova - 3

то страстным увлечением, и очень подвижной мимикой.

138

— Знаете ли, еще со студенческих лет, увлекаюсь, так сказать, филосо

фией…

— Ага… Философией!.. Это, доложу Вам, как то необычно, неожи

данно! И что же?

— В общем, хочу поступать на соответствующий, факультет в УрГУ!

— Вот здорово! А я его, как раз, в своё время, и окончила! — весело

рассмеялась завсектором.

— Правда?! — удивился будущий «любомудр». — А не сможете ли Вы, если не затруднит, как то помочь, объяснить, рассказать — что к чему?

— Поняла, что хотите!.. Ну, конечно же, помогу! Хотя, поступить в

университет, и учиться на факультете, ой, как не просто!

— Представляю уже…

— Вы ведь в РДК, с ансамблем «Прикамские узоры» работаете? По

образованию культпросветработник?

— Да. Окончил институт культуры. Музыкант по профессии.

— Как здорово! — Дацкевич, опять, задорно рассмеялась. — А в

философских науках, что, конкретно, интересует?

— Даже не могу определённо сказать… — соврал. — Но хочу их доско

нально освоить!

— Похвально!.. Знаете, приходите сюда завтра или в другой день, и

тогда, более предметно, поговорим! А сейчас извините, нужно срочно

идти по делу! Договорились?

— Договорились! — как мальчишка, обрадовался я. — Ну, до свида

нья! — и уже хотел было выйти за дверь.

— Молодой человек, подождите! Вы не могли бы, помочь мне встать?

— Что? — не понял «философ», и тут только увидел, за стулом жизне

радостной заведующей… деревянные костыли!

— Дайте руку, приподнимусь!

До крайности изумлённый, «ёжик» помог бедной женщине, кое как, при

встать на неходячие, как бы сросшиеся вместе, ноги в брюках; неловко

подал ужасные «приспособления».

— Спасибо! Дальше сама пойду…

Изавсектором идеологической работы, выставляя костыли вперёд и под

тягивая, с помощью них же, волочащиеся конечности, направилась к

двери, которую «джентльмен», стыдясь самого себя, открыл перед «да

мой» настежь.

«Боже! Какие страдания! — нервно размышлял я, спускаясь по лестнице в

холл. — Уж такой страсти, никак не ожидал! И как она только, умудряется

еще работать? И ведь, университет окончила!».

139

Мне, тут же, припомнился роман Цвейга «Нетерпение сердца», в котором

главный персонаж, блестящий австрийский офицер, попал в анало

гичную ситуацию, только на великосветском балу. Увидев писаную кра

савицу еврейку, сидящую за столом в окружении других дам, он пригла

сил её на танец, не подозревая, что девушка — тяжелый инвалид передви

гающийся, как и Ольга Феоктистовна, на костылях… (или в коляске, не

помню). Потом, между молодыми людьми, возникли какие то патоло

гические романтические отношения, но, в конечном итоге, инвалидка, осознав, что отношения сии ни к чему, всё равно, не приведут, — по

кончила с собой: кувыркнулась с высокой башни…

ще больше, однако, я был изумлён, когда узнал, что, «жалкая» Дацкевич, —

Е

не в пример девице Цвейга, — пребывала замужем и имела… малолетнего

ребёнка!.. И даже, от вполне нормального мужчины. Мужчины, который

был постарше, аж лет на восемнадцать… Вот уж, воистину матушка при

рода, в своих неисчислимых чудесах, непостижима для скромного жи

вотного рассудка! А поточнее, — сколько тайн хранит в контексте поло

вой Любви, безудержного, как лавина, размножения!..

Вообще, неиссякаемое романтическое чувство, зачастую, коварно и

жестоко. Ведь говорят же, что любовь бывает зла… Но если взять, опять

же, наши отношения с Ларисой, — то в данном смысле, — обстановка в

них, похоже, что была благополучной. Во всяком случае, «супружник»

здесь, не ожидал подвохов никаких… Но как он глупо и бездарно оши

бался! И поплатился горько, испивши чашу ненависти и презрения —

до самого, что ни на есть, конца!

Эпизод третий

Крушение Любви

1

—

— В

общем, ребята, новогодние праздники позади… — начал

«фрэнд», репетицию ансамбля вступительным словом. —

Зарекомендовали мы себя, перед Отделом культуры, да и

перед публикой Чернушки, — не говоря о югославах, — совсем и совсем

неплохо. Впереди, с «Прикамскими узорами», запланированы концерты