Vova - 3

лил «жертву» на тахту, прямо на мокрые поздравительные открытки, и, дрожа всем телом, начал срывать с неё одежду!.. Когда подруга осталась

лежать совершенно обнаженной, лихорадочно стал снимать с себя

рубаху и брюки…

Лара, без всякого сопротивления, приготовила себя к акту любви. Помогла

«войти»… Возлюбленный же, не имея, практически, сексуального опыта, как кролик, торопясь, вершил своё черное дело. И… не чувствовал ни

какого наслаждения… Девчонка распростёрлась навзничь подо мной, по видимому, находясь в шоке и плохо понимая, что долгожданная ме

чта её, наконец, сбывается. Но как сбывается! Без прелюдии, без ласк, по

животному образцу! Уверен, что и она, ничего приятного, не испытывала.

Всё произошло так неожиданно, скомкано, спешно, скачком, — т. е.

совсем иначе, нежели представлялось в грёзах!

— Господи! Что же творится то?! — только и прошептала деваха, ко

гда самец конвульсивно задёргался, издав протяжный стон, а потом, повернувшись на спину, надрывно дыша, постепенно затих…

86

Прошло некоторое время.

— Переход количественных изменений в качественные!.. — наконец, вымолвил я. — Тебе хорошо хоть было?

Лариса, в полумраке, взглянув влюблёнными глазами, улыбнулась.

— Хорошо, милый! Котёнок так ждал этого…

Затем, потрогав рукой скомканные мокрые открытки, тихонько засме

ялась.

— Ну, ты даёшь! Набросился, даже покрывало не убрав!

— Не смог сдержать своих чувств…

Девушка нежно обняла, поцеловала. Начала гладить волосы, касаться

пальчиками губ, носа, подбородка… — как будто, заново, узнавала воз

любленного.

— Солнышко — молодец! Так старался…

— Нет, действительно, сделал приятно? — «насильник» вновь засомне

вался.

— Не переживай! Конечно конечно… Ты горячий такой! — ощупала

тело. — Ну, совсем, как печка! И руки, смотри, какие горячие!

— Зато сердце, как лёд. Я ведь, как говаривал Остап Бендер, свободный

художник и холодный философ!

— Философ, философ родненький… Успокойся, золотце, — умиро

творенно молвила Лара. — Погладь лучше котёнка вот здесь…

Она зачем то, повернулась на живот, показав место между лопаток.

— Странно, — никогда не думал, что тут может быть эрогенная зо

на! — неловко провёл ладонью по коже.

— Всё тело любящей женщины — эрогенная зона! — чувиха часто за

дышала.

— А что, — разве не груди?— спросил и быстро убрал свою руку.

— Нет. Девочку, как раз, это мало возбуждает. А ты о клиторе, когда

нибудь, слышал?

— Естественно! У золотца, даже книга польского сексолога была.

Там о многом досконально расписано.

— «Суха теория, мой друг! Но древо жизни пышно зеленеет!» — к

удивленью, процитировала «малообразованная» деваха. — Сие, кажется, из «Фауста» Гёте.

— Ну да, я в курсе… — пришлось соврать. — И что же клитор?

— А ты попробуй пальчиком!

— Да ну, еще чего не хватало! Лучше сама потрогай у ёжика!

— Конечно, милый. Да ты расслабься… — и «дама», мануально, приня

87

лась ласкать лучшего «друга Васю», как, в последствии, по рабоче

крестьянски, шутила.

Меня охватило сильное возбуждение. И опять девчонка оказалась внизу.

Часто дыша, самец мучительно наслаждался…

— Не торопись, любимый! Солнышко моё! — прерывисто шептала

подруга. — Двигайся спокойней. Вот так, так…

Не прошло и пяти минут, как «половой гигант» вновь лежал в поту, в

полном изнеможении на котике, который, без преувеличения, был, по

настоящему, счастлив.

Она была в костюме Евы,

И я, лежавший между ног,

Напрасно сдерживая нервы,

Ласкал ей чувственный сосок!

— через время, еле живой от слабости, продекламировал, для чего то,

«фрэнд».

— А это откуда? — так же слабо, поинтересовалась Лара.

— Сейчас не знаю, где прочитал. Но как то запомнилось. А дальше

так:

Рабыня низких наслаждений,

Царица похоти души,

Стыда не ведая и тени,

Она стонала: «Не спеши!»

— Это ведь о Вас, сударыня! — шутливо, вынес резюме.

Подружка обиделась. Отвернулась. Но «ёжик», расхохотавшись, тут же по

вернул её к себе и крепко расцеловал. На душе, внезапно, стало легко и

радостно так, что захотелось петь.

— Лариса, ты любишь меня?!

— Да, очень! А ты?

— Ну, как сказать, — смешался. — Даже не знаю… Но мне хорошо с

котёнком!

— Любишь, любишь! Я чувствую!

— Понимай, как хочешь… — обнял чувиху. — Вот летом поступим в