Vova - 3

пределами, в сёлах района. Тем не менее, необходимо было, время от

времени, репетировать, поддерживать, так сказать, рабочую форму. Кро

ме того, меня, как баяниста, обязали лабать на ёлках для ребятишек, а

подбирал на голяхе «инструменталист» хреново, — вот, и сидел сиднем, разучивая детские песенюшки да танцульки.

Но главным событием в культурной жизни города, на данный момент, стал запланированный и РДК, и ДКиТ, новогодний бал маскарад для ра

ботников НГДУ и прочих организаций «полиса». Тут нужно было, так

изловчиться с праздничной программой, чтобы народ остался доволен

аж до следующего 1988 года! А входили в неё самые различные номера: всевозможные викторины, игры, танцы и песни и пр. под шикарный

банкет с шампанским и коньячком… Да уж, провинциальная Чернушка

умела, когда надо, от души погулять! И мы, культпросветработники, должны были обеспечить, людям, классное веселье.

Кстати, во всей этой круговерти подготовительной гонки и бесконтроль

ного траханья с Ларой, я совсем и забыл, что, оказывается, жить должен

в горе «отеле», любезно предоставленном, летом, районным Отделом

культуры. Ясное дело, что и деваха перестала, практически, ночевать у

беспечных родителей. Это накладывало, на обоих влюблённых, опреде

лённые обязательства… Поэтому то, «друзья», как то раз поздно вечером, отправились по своим «холостяцким» домам.

...Настроение, опосля обалденного акта «слияния», и у «ёжика», и у подруги, было более чем приподнятым. В автобусе, парочка так неудержимо липла

друг к другу, что бедные пассажиры не знали, куда деться от неловкости

за молодых недоумков.

— Хоть бы какой стыд поимели! — выразила неудовольствие, прилич

но одетая, пожилая женщина. — Всё таки, в общественном транспорте

едете, а не в кроватке забавляетесь!

— Не надо нам тарахтеть, бабушка! — весело отозвался «фрэнд», нагло

держа руку на груди котика. — Любовь — штука тонкая, не терпящая

внешнего вмешательства!

— Ишь ты, охальник какой! — проворчала женщина. — Мы же в совет

ской стране живём, а не на продажном Западе! Совесть то должна быть

у комсомольцев?!

— Советски туристо, — обликом морале! — заржали бесстыдники. —

93

Не переживайте, скоро сойдём! А вот, и остановка наша… До свиданья!

Выскочив на конечной, однопостельники, прямиком, направились к дому

Ларисиных родителей.

5

М ы шли, в темноте, — след в след, — по узкой, вытоптанной в свер

кающем снегу, тропинке. И опять ухажера, поразил огромный, покрытый инеем, дом Лары, неприветливо поглядывающий тём

ными окнами. Впрочем, неприятное впечатление, почти никак, не пов

лияло на обуревавшую обоих радость. На улице трещал мороз, однако, ни я, ни котик, как будто, не ощущали его злющих пощипываний.

Непередаваемый кайф заставлял болтать, без умолку, о всякой ерунде, —

лишь бы, неся околесицу и глядя в блестящие глаза друг другу, продлить, как можно дольше, это возбуждающее наслаждение любовью…

— А Зараза мне сегодня и говорит, — еле сдерживая хохот, пританцо

вывала на хрустящем снегу подружка. — Вы, говорит, девушка еще юная, весьма неопытная, мало что понимаете! Надо быть, мол, осторожнее в

выборе спутника жизни! А этот молодой вертопрах (так и назвал тебя), знаю, мол, серьёзных намерений не имеет! Поиграет Вами, как игруш

кой, а когда надоест, выбросит, без сожаления, в сторону!

— А не положил ли он, старый хрыч, сам на «весьма неопытную»

глаз? Девка видная, симпатишная, — к тому же, активистка, комсомолка…

Уж не здесь ли, собака зарыта?! — прикололся кавалер.

— Очень даже может быть! — включилась в игру деваха и, тут же, прыснула — Смотри, парень! Отобьёт ведь, меня Мохнаткин у самого ру

ководителя оркестрового ансамбля! Прошляпишь, блин, золотое счастье!

— Ой ёй ёй! Тоже сказала, — счастье! Осчастливила, блин! Да таких, как котик, если по Чернушке пройтись, — сотни! Бери — не хочу! А вот

я то, один разъединственный в своём роде: музыкант, философ, краса

вец, наконец! Где еще такого сыщешь то?

— Хи хи хи! Красавец нашелся! Насмешил! Это здесь, в Чернушке, гармонист что то из себя представляет, а если Пермь взять, то вся твоя

«красота», — тьфу, — обыкновенная сопля на палочке!

— Но но! Полегче на поворотах! — задыхаясь от смеха, выдавил

«фрэнд». — Но, коль уж не по нраву гармонист, — шагай тогда домой, на

94

печку! Иди, иди, так и не разглядевшая в друге, титана мысли и просто