User - i dfee46a8588517f8

В план срочно пришлось вносить коррективы, которые, однако, мало что изменили. Тогда у Хвостова возникла идея отправить Распутина по монастырям в сопровождении двух монахов — игумена Мартемиана, давнего знакомого Хвостова по Вологде, и архимандрита Августина (совершенно отпетых негодяев). Даже

на Белецкого и Андроникова эти субъекты «произвели кошмарное впечатление». Главной задачей Мартемиана было спаивание «старца» во время поездки |23. Поэтому Хвостов дал указание Белецкому на поездку денег не жалеть, с чем последний охотно согласился. Одновременно было выдано 10 тыс. руб. и Андрони­кову за все хлопоты с обедами и пр. Мартемиан оговорил свое согласие возведением его в сан архимандрита, что и было обещано.

Распутин сделал вид, что согласен на поездку, получил на дорожные расходы 5 тыс. руб., но выдвинул условие: он хочет «у себя в губернии» иметь своего губернатора, а именно Ордов- ского-Танеевского, управляющего пермской казенной палатой. Как только эта просьба была исполнена, Распутин тут же заявил, что он никуда не поедет, и друзья поняли, что проиграли.

С большим трудом Хвостову и Белецкому удалось на время погасить «начало недоверия», а затем и «отчуждение» Распутина и Вырубовой к ним, которые возникли, как считал Белецкий,

и и 124

именно в связи с проектировавшейся поездкой .

Однако взамен появились осложнения с другим членом компа­нии — Андрониковым, который начал предъявлять к оплате век­селя, выданные ему Хвостовым. Андроников требовал, чтобы кандидаты на центральные посты в Министерстве внутренних дел обязательно согласовывались с ним. На этой почве возник конфликт, когда при двух назначениях Хвостов поступил вопреки настойчивым просьбам князя. Узнав об этом, Андроников заявил, что Хвостов и Белецкий нарушают заключенный между ними «контракт» и пригрозил, что он «расшифрует» все их планы Распутину, Вырубовой и Воейкову. Хвостов сильно встревожился. Князь был компенсирован другими назначениями, но черная кошка уже пробежала между друзьями.

Провал плана удаления Распутина из Петрограда и боязнь закулисных влияний Андроникова заставили Хвостова и Белецкого задуматься на тем, как закрепить свое влияние на Распутина непосредственно, без услуг князя, а последнего постепенно и незаметно лишить доверия у Вырубовой. Здесь им повезло. Рас­путин обнаружил, что Андроников обманывает его при денеж­ных расчетах в связи с реализацией тех или иных ходатайств, и заявил друзьям, что им лучше встретиться в другом месте. Была нанята для свиданий специальная квартира, а при встрече Вырубова спросила у Белецкого, правда ли, что Андроников — «такой плохой человек». Спустя некоторое время Вырубова ска­зала Белецкому, что она и Распутин Андроникову «совершенно не доверяют». В результате свидания Хвостова и Белецкого с князем стали реже, а с Распутиным у них «установилась прочная, вне князя связь» |25.

Логика развития отношений между членами шайки всегда одинакова — в конце ссора и вражда. Настал черед сцепиться в отчаянной схватке и самим Аяксам — Хвостову и Белецкому. После того как Хвостов был утвержден министром (вначале его назначили управляющим министерством) и получил Анну I сте-

пени, он решил в отношении Распутина действовать иначе. Сна­чала намеками, а затем все более прямо он стал вести с Белецким разговоры о вреде Распутина, о том, что теперь «старец» им не только не нужен, «но даже опасен». Если их связь с Распутиным станет известна, это сделает положение Хвостова в семье, об­ществе и Думе совершенно невозможным, а устранение Распутина «очистит атмосферу», принесет удовлетворение обществу, «уми­ротворит» Думу и т. д. Короче говоря, Хвостов предложил своему напарнику организовать убийство «старца», уверяя, что «при умелой организации этого дела» их положение в глазах «августейших особ» и Вырубовой не пошатнется.

Белецкий немедленно сообщил об этом замысле Комиссарову, , своему другу и советчику, в обязанность которого входили охрана и информация о деятельности Распутина. Матерый жан­дармский волк 126уже при первом свидании с Хвостовым понял, что имеет дело с проходимцем, потому отказал ему даже во внешней почтительности. Удивленному Белецкому генерал пояс­нил, что, «зная близко» многих министров внутренних дел, он в Хвостове «не мог почувствовать» такового. И теперь Комиссаров доказал своему старшему коллеге, что Хвостов по отношению к нему «не искренен», ведет двойную игру и убийство Распутина, будь оно осуществлено, свалит на него, Белецкого. Кроме того, Хвостов «чужд конспиративности», т. е. болтун, что совершенно противопоказано для подобной операции. В результате было ре­шено обмануть Хвостова: оба на словах соглашаются с его за­мыслом, а на деле саботируют убийство путем критики всех предлагаемых конкретных его планов.