User - i dfee46a8588517f8

Само собой понятно, и на это указывалось, что все отме­ченные явления были итогом развития всего пути, проделанного абсолютизмом, а не только результатом последних трех лет его жизни. С точки зрения оценки всей истории царского самодержа­вия это трехлетие представляло собой последнюю стадию дли­тельной и неизлечимой болезни — стадию быстрого и всесторон­него распада и разрушения. В этом смысле оно является также как бы фокусной точкой, в которой сконцентрировались три века жизни романовской монархии.

В этой связи естественно задуматься о том, каков был главный механизм этого разрушения. Существует ли этот механизм вообще, если иметь в виду антагонистическое государство, абсолютизм в особенности? На наш взгляд, такой механизм имеется, суть его состоит в нарушении взаимосвязи и взаимодействия положитель­ной и отрицательной селекции в пользу последней.

Классовое государство, как известно, играет двоякую роль. Оно прежде всего орудие власти господствующего класса. В то же время оно выполняет общественно необходимые функции в интере­сах всего общества, в противном случае его существование стано­вится невозможным. Таким образом, государство представляет собой противоречивое единство, в котором одновременно борются две тенденции: прогрессивная и реакционная, узкоклассовая и об­щенациональная. История показывает, что, как правило, всякий новый социально-политический строй побеждал именно потому, что он, помимо обеспечения интересов господствующего класса, действовал внутри и вне страны и в общегосударственных интере­сах. Институтом, который реально осуществляет оба эти начала, является правящая бюрократия, опирающаяся на разветвленный государственный аппарат, достаточно сложно взаимодействую­щая, функционально разделенная и соподчиненная историческая система власти.

Совершенно очевидно, что эта система, особенно на прогрес­сивной стадии управляемого ею государства, кровно заинтере­сована и нуждается в привлечении в государственный аппа­рат на всех его уровнях лучшего человеческого материала, т. е. в положительной селекции. Достаточно вспомнить «птенцов гнез-

да Петрова», Сперанского, Витте и т. д., чтобы понять, что в данном случае имеется в виду. В свою очередь, эта заинте­ресованность вызывает ответный отклик именно со стороны тех людей, которые хотят и могут принести пользу своему государст­ву, служение которому они отождествляют со служением народу. Государство в этом смысле является могучей притягательной силой для всего самого способного и честолюбивого, что имеется в народе.

В то же время бюрократия с первых же шагов начинает^ превращаться в оторванную от общества касту со своими соб­ственными узкими корыстными интересами, противоречащими не только интересам общества в целом, но в какой-то мере и' ин­тересам господствующего класса. В конечном итоге она превра­щается в нечто особое и самостоятельное, разумеется в опреде­ленных пределах. Именно эта особенность и оторванность от народа служат источником отрицательной селекции, когда мо­тивами пополнения и воспроизведения становятся напотизм, закулисные влияния, узкие групповые интересы и т. д.

Таким образом, в системе государственного управления со­существуют и борются две противоположные тенденции: поло­жительная и отрицательная селекция. Спрашивается: каковы итоги этой борьбы? В общей форме ответ можно свести к сле­дующему. До тех пор пока существующий строй не утратил полностью своих прогрессивных черт, обе тенденции более или менее уравновешивают друг друга, во всяком случае, губитель­ного перекоса в сторону отрицательной селекции не происходит. Картина резко меняется, когда режим исчерпывает себя. По­скольку он уже не может и не хочет двигаться вперед, компетент­ность и талант в управлении, столь необходимые раньше, стано­вятся не только ненужными, но и противопоказанными, так как назначение указанных качеств как раз и состоит в том, чтобы обеспечивать поступательное развитие. Так возникает синдром некомпетентности, который увеличивается в размерах по. прин­ципу зарастающего ряской пруда. Каждый день площадь зара­стания увеличивается вдвое. Поскольку исходная площадь за­растания мала, этот процесс долгое время кажется малоугро­жающим. Достаточно сказать, что перед последним днем, когда пруд должен полностью зарасти, он еще наполовину чист. Имен­но поэтому так неожиданно ошеломляющим было для совре­менников появление таких фигур во главе управления государст­вом, как Хвостов, Штюрмер, Протопопов.