Александр Сегень - Эолова Арфа

Караван едет уже в окружении знатных булгар, посланных царем Алмушем, чтобы встретить посольство. А вот и сам Алмуш со своей свитой выезжает навстречу арабам, и они встречаются на просторном берегу Волги. Алмуш осыпает ар-Раси и Альтаира золотыми дирхемами:

— Я, эмир Алмуш Шилка, приветствую тебя, Сусан ар-Раси, и тебя, Ахмад Альтаир, на своей земле!

На поле перед большими шатрами, при стечении народа Ахмад и Сусан облачают очень толстого и пузатого Алмуша в черные одежды из драгоценных шелков. На голову ему надевают великолепный тюрбан. Разворачиваются знамена, черное и белое, расшитые изречениями из Корана. Трубят трубы, гремят барабаны. Все очень торжественно. Альтаир разворачивает письмо от халифа и начинает его зачитывать:

— «Послание от повелителя правоверных халифа Багдада Джафара аль-Муктадира биллаи ибн аль-Матадида эмиру Волжской Булгарии Алмушу ибн Шилка элтабару. Я призываю мир на тебя и воистину прославляю, обращая к тебе Аллаха, кроме которого нет иного бога...»

В небольшом шатре Альтаир показывает Алмушу древний свиток Корана, но это не производит на булгарина никакого впечатления, тогда Ахмад конечно же поет под ситар, а потом приходит Зойка-Марамойка, Алмуш восхищается, какая у Альтаира красивая жена.

— А еще он пишет книгу сказок, лучше которой нет на белом свете, — пиарит Марамойка своего писателя, и тот по просьбе Алмуша достает свиток, начинает читать:

— Жил-был один богатый купец. Когда он умер, все наследство захапал старший сын, а младшему достался только топор, и он стал бедным лесорубом, в жены взял нищенку. Звали лесоруба Али-Баба, а его жену Марджана. Однажды в лесу Али-Баба подслушал разговор разбойников: один другому поведал секрет, как открывается пещера, в которой разбойники прячут свои несметные награбленные богатства. Нужно только подойти к пещере и произнести заклинание: «Сим-сим, откройся!»

Ясмина и Лейла купают малыша в Ниле, вдалеке видны треуголки пирамид.

В Багдаде халиф радуется известию, что посольство дошло до Булгарии, а визирь исходит бессильной злобой.

— По мобильнику сообщили? — рассердилась Марта Валерьевна. — Или по Интернету?

В большом шатре Алмуш с довольным видом угощает послов. Переговоры идут в теплой, дружеской обстановке. Договариваются о совместных санкциях против проклятой Хазарии. А в случае военного конфликта решают использовать ядерное оружие — ислам, который Алмуш согласен принять. Пир продолжается. Ахмад щебечет:

— Как велико расстояние между нашими странами, и сколько разных диких народов встретилось нам в пути! Мы видели хорезмийцев, чьи речи подобны крикам скворцов, и кардалинцев, чьи разговоры похожи на кваканье лягушек. А еще мы побывали у огузов, женщины которых не стесняются обнажаться перед чужими мужчинами, но при этом считается, что они самые верные жены...

— У нас такие же обычаи, — отвечает Алмуш. — И мы считаем их правильными. Наши женщины купаются голые вместе с мужчинами, но пусть только попробует кто-либо позариться на чужую жену! Прелюбодеев вместе зашивают в сырую кожу и оставляют на солнце.

— Придется привыкать к мусульманским обычаям, согласно которым женщина должна скрывать свои прелести.

Ахмад и Лада в окружении стражи гуляют по берегу Волги, к пристани подплывает корабль.

— Алмуш печалится, — говорит Альтаир. — Его сын томится в Хазарии, будучи заложником на тот случай, если Алмуш перестанет платить дань. И дочь Алмуша насильно взята в жены к хазарскому кагану Арону... Куда ты смотришь, Лада?

— Вон те люди, что сходят с корабля на пристань...

— И что же?

— Мне знакомы их облик и речь... Это радимичи. Они приплыли с моей родины!

— О, кривичи-радимичи! — весело воскликнула Марта Валерьевна.

— Они резко выделяются среди других, — с восторгом говорит Альтаир. — Они высоки, стройны, могучи. И движения их полны достоинства. У таких доблестных мужей и дети рождаются красивые. Такие, как ты.

— Вот почему русских девушек так любят похищать чужеземцы.

— Быть может, ты хочешь уплыть вместе с твоими соотечественниками?

— Да, я хотела бы вернуться на родину...

— Вот как? — Ахмет неприятно поражен, а Лада спешит продолжить:

— ...если бы не встретила тебя. Теперь моя родина там, где ты, Ахмад Альтаир. Ты — моя родина.

Алмуш и Альтаир в окружении стражи гуляют в густом лесу, вышли на поляну, под огромным дубом лежат огромные человеческие останки. Ахмад берет в руки берцовую кость, примеряет ее, и оказывается, что она ему по пояс.