Кара Делевинь - Зеркало, зеркало

Я сажусь на соседние качели и тут же чувствую себя полнейшей идиоткой, потому что они явно рассчитаны на маленьких детей и даже оборудованы специальной перекладиной, не позволяющей ребенку упасть. Сидеть поверх нее мало того, что тупо, так еще и страшно неудобно, но если я сейчас встану, то буду выглядеть еще глупее прежнего. Человек на качелях не двигается, его лицо скрыто капюшоном, но никакого оружия вроде не видно – лишь тонкие, бледные, очень знакомые пальцы обвивают цепи. И тут до меня доходит, где я видела это кольцо с маргаритками: оно было на пальце у Наоми за день до ее исчезновения.

– Наоми? – шепчу я. Неужели она умерла? Это, получается, ее призрак? Я оборачиваюсь на горку – проверить, не валяется ли там мое тело. Но нет, я тут, а передо мной она. Эти длинные пальцы я узнаю даже спьяну. – Най?

– Совсем того? – Ашира поворачивается ко мне, и ее лицо морщится от отвращения. – Господи, да что с тобой такое? Неудивительно, что ты приняла меня за призрак моей сестры: ты едва держишься на ногах! Так вот, к твоему сведению, она еще не умерла.

– Что ты здесь делаешь? – удивляюсь я. – Тут небезопасно!

– Когда вокруг снуют такие, как ты, тут и правда небезопасно. Я пришла сюда, чтобы подумать, – говорит Эш. – Дома и в больнице ничего не получается, а мне надо разгадать татуировку.

– Чего? – Я не поспеваю за происходящим; ее слова звучат как бессмыслица.

– Я знаю, из-за чего ты так нализалась, – говорит Ашира после долгой паузы. – Я не стала поднимать эту тему в больнице, потому что мне показалось, что у тебя все под контролем. А теперь… Слушай, эта фигня всплывает весь день и каждый час обрастает новыми подробностями. Сначала ты ее поцеловала, потом, типа, схватила за сиську, а потом засунула руку ей в трусы. А последний пост – это вообще шедевр. Там говорится, что ты сделала себе фальшивый хер и вывалила его на кровать.

– О боже. – От ужаса и стыда я моментально трезвею. – Я сделала себе хер? Из чего же? Зашла в ванную и набрала там втулок и пузырьков? Меня привлекают девушки, но никакими херами я вообще не интересуюсь.

– Тролли насчет таких мелочей не заморачиваются, – смеется Эш.

– Все, в школе мне больше показываться нельзя. Никогда.

– Еще как можно. – Эш смотрит вдаль, где в блеске небоскребов с пентхаусами и строительных кранов черным провалом зияет небо. – Послушала бы ты, какие сплетни ходят о моей сестре – пропавшей девушке, которая, возможно, пыталась покончить с собой. Ну, захотела ты пососаться с Роуз Картер, ну и что с того? Подумаешь! Да с ней вся школа пересосалась.

– Это вряд ли, – говорю. – Теперь я чувствую себя еще херовее, чем прежде.

– Давай уже закроем тему про херы? – говорит Эш, и мы обе фыркаем от смеха.

– Знаешь, что хуже всего? – Лицо Эш искажается от боли. – Я не могу двигаться дальше, Ред, я не вижу выхода. Пока не пойму, что с ней произошло, не успокоюсь.

– Слушай, уже пятница, а в понедельник она очнется и все нам расскажет, – говорю я. – Лучше, правильнее будет просто подождать, ведь осталось всего ничего.

Эш долгое время молчит. Она сидит абсолютно неподвижно – так, что даже перестают поскрипывать качели.

– Вот только она может и не очнуться.

– Погоди-ка… – Теперь, когда голова немного проветрилась, я кое-что вспоминаю. Перед глазами всплывает картина: непонятный предмет, который находится там, где его не должно быть. Я спрыгиваю с качелей и вглядываюсь в горку.

– В чем дело? – хмурится Эш.

– Уж не знаю, привиделась мне эта штука или нет…

Я включаю фонарик на телефоне и возвращаюсь к горке, осторожно переступая лужицу блевотины.

– Фу, какая гадость, – говорит Эш, присоединяясь ко мне. – Подумать только, а я еще хотела тебя поцеловать.

– Что, прости? – Про поцеловать… вот это мне сейчас послышалось или нет?

– А что? – Она спокойно встречает мой взгляд, но тут меня озаряет.

– О господи, я вспомнила… – Согнувшись, я заглядываю под крышу горки. Мы с ребятами постоянно сидим тут – так, треплемся, маемся всякой фигней – но нам ни разу не приходило в голову взглянуть наверх. Если бы я не улеглась тут с бутылкой водки в обнимку, тайник так и остался бы незамеченным.

Свет фонарика падает на угол между крышей и скатом. А вот и он! Заветный предмет приклеен к металлу армированным скотчем.

– Ни фига себе, – шепчу я. Растревожив живущих под крышей жучков и паучков, я отдираю скотч, достаю свою находку и направляю на нее луч фонаря.

– Что там? – спрашивает Эш. Секунду спустя ее лицо вытягивается от удивления.