Катя Саргаева - Мирное небо

Я уселась на диван, Ева легла рядом и положила голову мне на колени.

— Помнишь моего парня, Славу?

Я кивнула головой.

— Завтра у Леры будет очередная вечеринка, и он там будет. Он намекает на то, что пора бы нам вести себя по-взрослому. Как ты думаешь, мне стоит спать с ним?

— Вот уж не думала, что ты когда-нибудь задашь мне этот вопрос, — удивилась я, — мое мнение здесь не имеет значения. Чего ты сама хочешь?

— Я не знаю.

— Ты мне всю жизнь толкуешь, что секс будет у тебя только по любви, ты его любишь?

— Не знаю, думаю да.

— Нет, значит, не любишь. Когда любят — не думают, когда любят — знают.

— А если бы ты не любила своего Вовку, ты бы переспала с ним?

— Думаю да. Для секса не нужна любовь, для секса нужна близость, а она у нас была. Мне не стыдно было перед ним раздеться, я не стеснялась того, что он трогал интимные части моего тела, я не думала о том, что могу что-то не так сделать или сказать, не думала о том, как выглядит мое лицо в этот момент. Это все возможно только с близким человеком, а он был мне близким. Зачем мы занимаемся сексом? Чтобы получить удовольствие. А когда ты вся напряжена, сама не знаешь хочешь ли этого, боишься ляпнуть лишнего или сделать что-то не так, ни о каком удовольствии не может быть и речи. Тогда зачем им заниматься? Для галочки? Или для того чтобы удовлетворить чужие потребности? На хер бы они пошли со своими потребностями. Ты никому ничего не должна. А если отношения строятся на том, дашь ты ему или нет, то они изначально строятся на его потребностях, а не на ваших , а в отношениях всегда двое. Если у мужика нет к тебе уважения, то он тебя не заслуживает. Это мое мнение.

— А ты говорила, что не чувствовала удовольствия в первый раз.

— Ну это вообще отдельная тема. Я его тогда не чувствовала, и еще лет десять не чувствовала.

Ева подняла голову с моих колен и удивленно на меня уставилась.

— Да, а как ты хотела? В Советском Союзе секса не было, непонятно только откуда дети брались. Бога не было, а соответственно и греха не было, но была мораль, а заниматься сексом было аморально. Семейные пары трахались в миссионерской позе без света и под одеялом, а иначе это разврат, а разврат — это тяжкий моральный грех. Журналов с девками с голыми сиськами не было, их можно было достать только у «своих» людей, которые добывали их из-за границы, да и не только журналы. И не приведи господи кому-то узнать о том, что у тебя такой журнальчик лежит под матрасом — комсомола тебе не видать! Я хоть и была разрушителем рамок, но некоторые стереотипы и устои заложились видимо на подсознательном уровне. Женщина не должна испытывать удовольствие от секса, иначе она шалава, и всем вбивалось в головы, что секс нужен только для рождения потомства. И вообще, секс это грязь. И я его не испытывала. С того момента как в меня вонзался член я тут же переставала испытывать хоть что-то положительное. Не было и отрицательного, просто ничего, что-то там в тебе елозит и все. Я думала, что я какая-то больная, что со мной что-то не так.

— И что же произошло, как ты начала получать удовольствие?

— У меня был один весьма умелый любовник, он был йогом. Это сейчас буддизмом никого не удивишь, а вот тогда все это воспринималось со смехом. До встречи с ним я научилась весьма неплохо имитировать, и думала, что только это мне теперь и остается. Но он сразу же заметил это. Он начал устанавливать между нами близость, он был очень терпелив. Тогда в Россию хлынуло все европейское и западное, и я взялась переводить один труд испанского сексолога, там как раз говорилось о подобных проблемах. Вероятно все просто удачно сложилось, и информация, и терпеливый мужик, на котором можно все опробовать. Ну и все получилось. Все в голове. Я даже не знала, что способна на такие оргазмы, я была в шоке, когда испытала первый. Так что не бывает фригидных женщин, бывают неумелые мужики, ну или инвалиды СССР.

— А почему вы перестали встречаться?

— Он был против что бы я трахалась с кем-то еще. А я не могла себя уже в узде удержать. Я тогда вообще в разнос пошла, и остановилась только когда тебя родила.

Ева опять положила голову мне на колени и уставилась в потолок.

— Так что же мне делать?

— Раз ты спрашиваешь моего мнения, я отвечу, но это только мое мнение, одно из многих. Лично я бы не стала с ним спать. Это надо делать тогда, когда очень хочется, когда видишь парня, и знаешь, что именно ему ты хотела бы отдать свою девственность. У меня было так. Я не жалею о том, что это был именно Вовка даже спустя столько лет.