Катя Саргаева - Мирное небо

— Ты мне больше не дочь! — кричала мама из коридора, — я от тебя отказываюсь!

Я вернулась в коридор, и подошла очень близко к маме.

— Ты отказалась от меня еще до моего рождения, так что не пугай, уже давно не страшно.

На следующий день мама потащила меня в больницу к знакомому гинекологу. Она не могла смириться с той мыслью, что в свои пятнадцать лет я уже не девственница. Но больше ее заботило то, что девственности меня лишил вонючий хохол. Врач сказал, что сложно сказать был ли у меня вчера секс, так как девственной плевы у меня вообще никогда не было. Такое случается, очень редко, но бывает, что девочки рождаются без девственной плевы.

— Ты даже родилась дефектной, — буркнула мама.

— И ты больше его никогда не видела? — спросила Ева.

— Нет, больше не видела.

— И вы больше не общались?

— Почему же, общались. Почти год переписывались. Он писал мне огромные письма, часто они не помещались в один конверт и они приходили по три-четыре штуки сразу. На конвертах он ставил номера. А потом он познакомился с девушкой, она ему нравилась, но он говорил, что никогда мне не изменит. Вот сейчас отучится, потом армия, и вот тогда-то он вернется, и мы с ним поженимся. Он был мечтателем, а я реалисткой. Хорошо обдумав все, я написала ему, что сама встретила парня, и пусть он не упускает шанс, и что нам наверно пора начать жить каждому своей жизнью.

— А у тебя правда был другой?

— Нет. Никого не было.

Сегодня ближе к вечеру Ева встречалась с Лешей. Я переживала, она нет. Все время пока ее не было у меня внутри был непонятный водоворот мыслей. Из моей головы все не шла одна и та же мысль «а вдруг она будет любить его больше чем меня?». За эти несколько часов я успела возненавидеть Лешу, мне все казалось, что он хочет у меня отнять мою доченьку. Заберу ее, увезу на край света, но ему не отдам. Он ей никто. Я ее выносила, родила и воспитала, а он только поучаствовал в ее зачатии. Он не имеет на нее никакого права. Он ее бросил. Он не имел права даже просить меня о том, чтобы я их познакомила. Я ходила, взвинчивая себя из угла в угол, как тигр в клетке. А потом вдруг остановилась. «Не пытайтесь присваивать чужие жизни» прямо в ухо сказал мне арабский психолог. Еще никогда мне не было так сложно выполнить его наставление. Ведь думать за Еву, чувствовать за нее, принимать решения, указывать с кем ей дружить и кого любить — это и есть присваивание себе ее жизни. А сейчас мне очень хотелось указать ей на то, что Лешу любить не стоит, надо любить меня, потому что я умру, если она будет любить его больше чем меня.

— Не присваивай, Вера, нельзя, — сказала я вслух самой себе, — если так и случится, то ты должна будешь принять это.

У меня внутри все сжалось. Я не смогла бы этого принять. Тут я услышала, как поворачивается ключ в замке входной двери. Я тут же кинулась в коридор. Ева пришла с цветами. Тюльпаны. Ева ненавидит тюльпаны. Ура!!! Плюс балл в мою пользу. Ева посмотрела на меня как-то изучающе.

— Ты что все время, что меня не было ходила из угла в угол? — спросила она.

— С чего это ты взяла? Я смотрела телевизор, — тут же соврала я.

— Ага. И что показывали?

— Да кино какое-то.

— Что за кино?

— Не помню. Что ты ко мне пристала?

— Я же вижу, что ты вся как на иголках. А ты еще и врешь мне, — укоризненно добавила она.

Я молча смотрела в пол, как в детстве, когда меня ловили с поличным. Ева разделась и обняла меня.

— Что с тобой мам? Скажи, почему ты так нервничаешь?

— Я боюсь, что ты будешь любить его больше чем меня.

Я сказала это вслух и эти слова как будто обрели реальность. Я не сдержалась и из моих глаз ручьем хлынули слезы.

— Что за бред? Ну ты откуда у меня такая глупенькая взялась? — Ева прижимала меня к себе и гладила по голове, — я никого и никогда не буду любить больше чем тебя. Откуда у тебя вообще такие мысли?

— Не знаю, — сказала я сквозь слезы, — я боюсь, что он отнимет тебя у меня.

— Это невозможно. Я знаю, что возможно все, но все же есть вещи, которые правда сделать невозможно, и эта одна из них. К тому же ему это не нужно.

— А что нужно? Расскажи, как вообще прошло, о чем вы разговаривали, что делали?

— Сидели в кафе, сначала разговор не клеился, потом он спросил, чем я увлекаюсь, и я сказала, что астрофизикой и математикой. Тогда он оживился и даже выдал свои познания в области математики. Вероятно склад ума мне достался от него. Он сказал, что просто хотел со мной познакомиться, а там как пойдет. Сказал, что если я захочу, то мы будем общаться и встречаться. Я задала ему кучу вопросов о его жизни, он на все ответил. В общем-то и все.