Даниэль Рондо - Механика хаоса

– Святой отец, вы каждый день посещаете лагеря беженцев. Если до вас вдруг дойдет какой-нибудь слух, пожалуйста, позвоните мне.

– Непременно.

– Что касается убитого мальчика…

– Я первый обнаружил его мертвым в больничной палате. Полагаю, убийца убежал перед самым моим приходом.

– Вы не заметили чего-нибудь необычного?

– Нет, ничего.

На следующее утро ему позвонил Ламбертен.

– Ты почту проверяешь? – без предисловий спросил он.

Брюно, держа одной рукой телефон, другой нашаривал часы. Сквозь деревянные ставни пробивался солнечный луч. «Какого черта я понадобился Ламбертену в такую рань?»

– Который час?

– Семь! Ты в состоянии разговаривать? Ты один? Никакой мальтийской крошки у тебя в постели? Ладно, слушай внимательно. Это по поводу фотографии, которую ты сделал на приеме. Я установил личности всех присутствующих на снимке. И только что получил отчет из лаборатории. В общем и целом ничего особенного. За одним исключением.

– Турок?

– Левент Демир. Дипломат. Сын высокопоставленного турецкого военного. Работал в Рабате, Бейруте и Париже. Никогда не высовывался. Занимал технические должности. Без проблем уволился из министерства и поступил в кабинет адвокатов в Стамбуле. Но продолжал выполнять кое-какие задания по поручению прежнего начальства. В том числе вести переговоры по приобретению недвижимости для турецких дипломатических представительств. Официально он и на Мальту приехал именно с этой целью.

– А неофициально?

– А это ты нам должен рассказать. Он всегда работал на наших турецких коллег – Национальную разведывательную организацию. И, судя по всему, сильно поднялся после того, как были отстранены многие военные. Если помнишь, два года назад турки тайно передали Башару нескольких сирийских повстанцев (которых они вообще-то поддерживали) в обмен на курдов, членов Рабочей партии Курдистана. Знакомое дело, двойная игра. Очень грязная игра, потому что те, кого таким образом обменяли, были казнены – как с той, так и с другой стороны. А провернул все это Левент Демир. Сомнительно, что он прибыл на Мальту исключительно ради того, чтобы выбрать обои для спальни посла. Разберись с этим. Нам нужна информация.

– Как только будут новости, я вам перезвоню.

– Еще одно.

– Да?

– На твоей фотографии есть девушка.

– Эмма Сен-Ком. Студентка.

– Левент Демир в прошлые выходные возил ее в Стамбул. Ты должен узнать зачем.

Аэропорт Лука, VIP-зал, Мальта

Брюно позвонил мне с Мальты. Наконец-то. Мысль о том, что придется снова ехать в Триполи, начинала меня тревожить, хотя моя решимость нисколько не ослабла. Я старался поменьше говорить об этом Рим, но на самом деле это она укрепила меня в стремлении не спасовать перед этими варварами. Мне не хотелось, чтобы она впоследствии упрекнула меня в трусости. Брюно сообщил, что пробудет в Валлетте три дня, после чего вернется в Париж, и я сказал, что готов заскочить на Мальту. Мы встретились через день в ВИП-зале аэропорта, который власти предоставили в его распоряжение. Мне не пришлось даже покидать международную зону. С точки зрения конспирации это был идеальный вариант. Стюардесса проводила меня в зал, где он уже ждал меня, читая газеты. Мне понадобилась доля секунды, чтобы его узнать. Его черты не слишком изменились, но изменился взгляд. Жизнь часто торопится погасить пламя в глазах тех, кому уже не двадцать лет.

Мы начали разговор с взаимных расспросов о том, как каждый из нас провел прошедшие годы. Он сказал, что развелся и у него две дочери; я – что по-прежнему живу вдовцом. У него недавно умер отец. Мы поговорили о своих профессиях, которые должны были максимально отдалить нас друг от друга, но вместо этого сблизили. Я поведал ему о своей неожиданной встрече с сыном моего старого турецкого друга. Мне казалось – я допускаю, что ошибался, – что слушать про это ему неинтересно. Он смотрел за окно, где, готовясь к взлету, катились по полю самолеты. Если бы меня спросили, я бы, пожалуй, не смог ответить, то ли он о чем-то размышляет, то ли просто витает мыслями в облаках. Я как раз дошел до описания своей встречи с команданте Мусой, когда он вдруг тронул меня за рукав:

– Кстати, а как зовут этого вашего турка?

– Левент Демир.

Он мгновенно встряхнулся, глаза у него загорелись, и он придвинулся ко мне ближе.

Настала его очередь объяснить, что на Мальту он приехал расследовать вероятность заговора джихадистов, задумавших устроить теракт в Париже. И ему только что сообщили, что он должен обратить внимание на человека по имени Левент Демир. Брюно сходил в дьюти-фри, купил на свое имя мобильный телефон и вручил его мне, предупредив, чтобы я не звонил по нему никому, кроме него. От меня он хотел получить перечень археологических находок с полным описанием, намереваясь передать его в Интерпол, а также любые сведения, которые мне удастся раздобыть в процессе общения с команданте Мусой и Левентом.