Даниэль Рондо - Механика хаоса

– Столь же беспощадный, сколь и талантливый, – поддакнул Рифат. – Благодаря ей мы все считаемся «знаменитостями»! – И он бросился обниматься с журналисткой.

Мальтийская «кумушка» достала из сумочки фотоаппарат и попросила «присутствующих самцов», а также молодую француженку встать поближе к трем сестрам. Затем Брюно предложил Мэри Делонуа занять его место, чтобы он мог снять ее в компании его новых друзей. Прежде чем нажать на кнопку, он убедился, что в кадр попал Левент.

Колледж Святого Алоизия, Биркиркара, Мальта

Все звали его отцом Питером.

Отец Питер сразу согласился принять Брюно у себя в Биркиркаре, в колледже Святого Алоизия, где располагался офис Иезуитской службы по делам беженцев – организации, основанной в 1980-е годы после трагедии «лодочников», утонувших в Южно-Китайском море. Колледж, существующий уже около сотни лет, считался кузницей мальтийской элиты. Святые отцы давали своим ученикам истинно христианское образование, одновременно прививая им социальные навыки, проникнутые отчетливым британским духом. Внушительного размера корпуса, выстроенные из известняка, окружали спортивные площадки, на которых питомцы колледжа могли выплеснуть избыток жизненной энергии. Начиная с 2002 года отец Питер занимался преимущественно африканскими иммигрантами, вынесенными волнами и ветрами к мальтийским берегам. Он нес слово Христово во все лагеря, где выжившие в схватке с морской стихией подолгу, порой по нескольку месяцев, ожидали решения своей участи. Он же призывал своих соотечественников к сочувствию и состраданию к этим людям, трагедию которых многие воспринимали как попытку вторжения на свою территорию.

В холле колледжа Брюно встретила француженка лет тридцати, работавшая в этой неправительственной организации волонтером. Она молча повела его лабиринтом коридоров в штаб-квартиру священника.

На голову выше его, худой, чтобы не сказать тощий, в пасторской рубашке с колораткой, иезуит принял его у себя в кабинете под сделанной в Японии черно-белой фотографией отца Аруппе, его духовного учителя, в свое время сумевшего реорганизовать деятельность иезуитов, по его мнению ориентированную исключительно на привилегированные слои населения.

Бывший глава ордена и отец Питер не отличались внешним сходством, хотя в их лицах угадывалось что-то общее. Подобно своему наставнику, отец Питер считал себя солдатом Христова воинства. Он встретил посетителя улыбкой, на миг смягчившей его лицо хищной птицы, обрамленное короткой и успевшей побелеть бородкой. В глубине его черных глаз, спрятанных за очками в тонкой оправе, вспыхнули искорки. Он открыл было рот, но не произнес ни слова, словно вначале хотел хорошенько рассмотреть гостя. У Брюно возникло ощущение, что его просвечивают рентгеном.

– Отец мой, я пришел к вам поговорить об этом несчастном сомалийце. Я понимаю, что у вас мало времени…

– Чем я могу вам помочь?

– Этого человека убили в больнице. Прямо на больничной койке.

– Вы ради этого приехали из Парижа?

– Мы получили информацию, что на Мальте действует сеть джихадистов.

– Не вижу связи.

– Я тоже. Если не считать того, что… Эти мигранты прибывают из Ливии. Возможно, они…

– Вы не там ищете. Впрочем, я помогу вам в меру своих слабых сил. У вас есть визитка?

Брюно дал ему карточку с номером мобильного. Француженка, присутствовавшая при разговоре, – ее лицо по-прежнему выражало явственное отвращение – поднялась, чтобы проводить гостя, но отец Питер взял Брюно за рукав и вместе с ним направился к выходу. Он остановился под детским рисунком, изображавшим кошмарное путешествие через море. И живые, и мертвые были раскрашены в кричаще яркие цвета.

– Дети, нарисовавшие это, выжили. Но они видели смерть своих родителей, своих бабушек и дедушек, своих братьев и сестер. Поразительно, но их рисунки напоминают те, что люди оставляли на стенах церквей и могильных камнях в те годы, когда Европу раздирали войны или на нее обрушивались голод или чума. Взгляните, какая точность изображения! Вот этот мужчина в джинсах и солнечных очках – проводник, а танцующий скелет в шляпе – отец одного из мальчиков.

– Представляю, с чем вам приходится сталкиваться.

– Я встречал христиан из Ирака и боснийских беженцев, а последние двадцать лет к нам в основном бегут из Африки и с Ближнего Востока. Думаю, вы напрасно ищете среди иммигрантов членов джихадистской сети. Я никогда не слышал от них ничего подобного. Никогда. Но я могу ошибаться. Может быть, что-то такое есть в Турции, но здесь – нет.