Андрей Лещинский - Причина смерти

Окончание этой истории не заслуживает долгого описания. Слишком много энергии израсходовали её участники, напрягаясь сверх человеческих сил, всё перегорело, ничего не осталось на потом.

Быка съели крестьяне. Не важно, какие обоснования этому поступку скрипели на их корявых устах, возник ли обычай поедать жертвенных животных именно в этот ужасный год или же он был соблюдён из уважения к древним традициям, говорить можно что угодно, однако, не единственным, но основным и всеподавляющим мотивом пира естественно явилось желание поесть мяса — всеми любимого кушанья, трудно достижимого в губительную жару, полную гнилостных миазмов, червей и насекомых. Туша исчезла в тот же день, остались пепел от сожжённых костей, легенды и семя в теле царицы.

Она долго болела, пространство не любит, когда с ним грубо обращаются, оно подчинилось Творцу, но выместило своё раздражение на твари. Могучий фаллос, раздиравший лона коров под переломанными хребтами, не убил царицу, но принёс кровь и боль, отчаяние и пренебрежение жизнью. Она бы умерла, но предопределения создаются и уничтожаются не людьми и не богами. Царице было суждено родить сына и не было разрешено умереть. Что-то потухло, прогорело, истлело, испарилось, что-то, то самое, чего ни увидеть, ни услышать нельзя, чего как бы и нет, что даже не существует, без чего можно жить, радоваться и огорчаться, что не имеет названия и уж никак не называется душой, это самое исчезло, оставив царицу одну, без поддержки, защиты и руководительной помощи.

Может быть, исчезли те бесконечно многочисленные потоки энергии, которые текли через ничто, ниоткуда никуда, не были воспринимаемы человеческими чувствами, не включались надёжной и уверенной частью в системы людских понятий, однако крепко связывали царицу с Великой Богиней, позволяли сравнивать смертную женщину с бессмертным воплощением похоти и умозаключать из рассуждений несомненность неявного, но торжествующего превосходства царицы в некоторых потоках.

Это ушло, сила, позволявшая ей блудодействовать, сохраняя и невинность и верность мужу, оставила царицу, оставила с красотой, желаниями, алчущими мужчинами, с болезненной усталостью и скукой, священный блуд выродился в похабное распутство, царица смирилась с потерей, смирилась с жизнью, безразлично давала всем, кто осмеливался просить, безразлично переживала плотские наслаждения, часто рожала детей, которые считались отпрысками царя и породили во всех цивилизованных землях продолжительные дискуссии о возможности зачатия ребёнка от нескольких отцов одновременно.

Отцовство первого сына царицы было очевидным, бычья голова над могучими плечами свирепого воина, чрезвычайная склонность к совокуплениям и последующему людоедству были восприняты народом Крита хмуро, но спокойно, как неизбежное, но не слишком страшное проклятие, справедливое воздаяние за гордыню, распутство и вызов богам.

Вся мрачнобезумная жизнь кошмарного несчастливца промелькнула в темноте первого этажа огромного дворца критских царей.

Инженер получил всё, чего желал. Он получил царицу, получил столько раз, сколько мог взять, она наверняка хоть одного ребёнка родила от него, так что Инженер действительно стал отцом царского сына или царской дочери. Он был другом и советником царя, украсил свой дом, своих рабынь, ослов, быков, своих прислужников и всё, что ему ещё пришло в голову, сверкающим золотом, жил в роскоши, но не утратил знания, квалификацию и интеллект.

Инженер построил дворец, многократно обещанный царице, тот дворец, сооружение которого следовало начать сразу после рождения первого сына, который, как он рассчитывал, должен был вознести его на вершину критского общества, прославить имя строителя величием постройки и навсегда остаться в истории людей несравненным памятником строительного искусства.

Он не ошибся ни в чём. Вершина благосклонно кивнула ему и приняла в узкий круг избранных, имя Дедала не забывали никогда, а слово «лабиринт» из имени стало понятием, что почётно для всякой лексемы. Несоответствие замысла результату, поразившее цивилизованный мир и наиболее развитые варварские племена, не могло быть предвидено и в общем не повлияло на славу великого строителя. Инженер был достаточно умён и знающ, чтобы понять, что его обманули. Царица была не та: вместо всесиянной возлюбленной, светящей всем и не теряющей чистейшей белизны таинственного света, он обнимал довольно красивую, но не превосходившую красотой лучших его рабынь, привычно похотливую женщину, усталую и быстро старевшую. Не тем был первенец царицы: божественного героя подменили чудовищем, смесью худшего в быке и в человеке, жестокой смертью увенчавшем короткую гнусную жизнь. Дворец не стал обителью радости и счастья, он служил тюрьмой для наводившего ужас Минотавра, потом стоял пустой, потом был разрушен землетрясением. Тем не менее, Инженер оставался на Крите до смерти царицы, потом бросил всё, включая детей, роскошь и золото, метался по внутреннему морю, искал приключений и умер на каком-то удалённом унылом варварском острове.