Тони Парсонс - Муж и жена

— Ты когда-нибудь вспоминаешь прошлое?

— Что ты имеешь в виду?

— Ты иногда не жалеешь о нас? — спросил я, затронув запретную тему. — Ну, хоть изредка? Немножко?

Джина устало улыбнулась. Ее чашечка капучино так и оставалась нетронутой. Однако в ее улыбке, как, впрочем, и в кофе, уже не было ни капли тепла.

— Жалею? Ты хочешь сказать, что я должна жалеть о том, что сидела дома одна, в то время как ты строил из себя большую шишку в сверкающем мире телевидения?

— Ну, это не совсем так…

— Твои премьеры, банкеты и тусовки. А я как будто и не существую только потому, что сижу с нашим сыном, а не веду одно из дешевеньких телешоу?

— Вообще-то я хотел сказать…

— Меня считали человеком второго сорта, потому что я занималась воспитанием ребенка. А это является самым важным в мире занятием. Ты говорил, что я домохозяйка, хранительница семейного очага, а они над этим посмеивались, Гарри. Некоторые из них действительно считали, что это несерьезно, что-то вроде забавы. Что это просто очередная шутка.

Ну вот, опять все заново…

— Я попрошу рассчитать нас и заплачу сам, ладно?

— А забавным как раз было то, что никто из этих придурков и карьеристов даже и мечтать не смел о таком дипломе, как у меня. Они забывали и о том, что я свободно владею иностранным языком, а эти олухи с трудом осилили свой родной. Жалеть обо всем этом? Нет, Гарри, не жалею. И я не хочу одна спать в нашей спальне, за стенкой которой находится наш сын, в то время как ты скачешь на молоденькой секретарше из офиса.

— Ты знаешь, что я хотел сказать. Я говорил об отсутствии сложностей. Только и всего. И ни к чему опять вытягивать наружу все эти старые…

— Нет. Не могу сказать, что мне этого не хватает. И тебе тоже не стоит жалеть о нашей прежней жизни, потому что она строилась на лжи. Если хочешь знать, мне хорошо сейчас. В этом между нами разница. Мне нравится то, как я сейчас живу. Мне нравится жить с Ричардом. Для меня это хорошая, спокойная жизнь. И ты, Гарри, должен быть за это благодарен.

— Это почему же?

— Потому что у Пэта есть отчим, которому он глубоко небезразличен, который о нем заботится. Бывают жестокие отчимы, даже агрессивные. И многим нет никакого дела до детей от прежнего брака.

— Значит, я должен благодарить за то, что моего сына не притесняют? Да прекрати ты, Джина.

— Ты должен быть благодарен за то, что Ричард — прекрасный, заботливый человек, который желает Пэту добра.

— Ричард пытается изменить его, а моему сыну это не нужно. Он хорош таким, какой есть.

— У Пэта есть свои недостатки, Гарри.

— У меня тоже.

— О да, мы это знаем.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, потом Джина попросила счет. Я слишком хорошо знал ее, чтобы попытаться его оплатить.

Вот всегда у нас так получалось — старались поддержать друг друга, быть друзьями, а потом в который раз доводили друг друга до бешенства. Мы не могли совладать с собой. Все кончалось тем, что мы начинали ворошить старые раны и наши дружеские отношения оборачивались невыносимой клаустрофобией..

Я понимал, что разозлил ее сегодня. И поэтому новость, которую она сообщила мне по дороге к стоянке машин, прозвучала как изощренная жестокость.

— Проблемы в школе и весь этот старый хлам, который мы все перемалываем, — это теперь не так уж и важно.

— Что ты хочешь сказать?

— Мы уезжаем в Америку. Я уставился на нее.

— Я давно собиралась тебе сказать. Но не все еще было ясно. Мы определились только на этой неделе.

Некоторое время я пытался осмыслить услышанное. Я ничего не понимал. До меня еще не дошло.

— На сколько вы едете? Я не говорю, что не надо отрывать Пэта от школы, может, ему это даже пойдет на пользу. Несколько недель не страшно. Все равно не так уж много он сейчас занимается.

Моя бывшая жена покачала головой. Она не могла поверить, что до меня все так медленно доходит.

— Перестань, Гарри!

И когда мы остановились на пустынной стоянке за школой, до меня вдруг начал доходить смысл ее слов. Я понял, что моя бывшая жена может делать все, что захочет. Каким же я был болваном!

— Погоди, Джина. Ты разве не имела в виду поездку в Америку на время отпуска? Скажи мне, что вы хотели посетить Диснейленд и познакомиться с Флоридой. Или ты хотела сказать что-то другое?

— Я хотела сказать, что мы уезжаем из Лондона, из страны, Гарри. Я говорю о переезде туда навсегда. Я, Ричард и Пэт. У Ричарда заканчивается контракт, к тому же он по-настоящему так и не смог прижиться здесь.