Ник Кейв - Смерть Банни Манро

— О, Фрэнк, — завывает она. — Я вела себя плохо. Очень-очень плохо. Прошу тебя, загляни к себе в сердце — надеюсь, ты сможешь меня простить!

Банни наливает себе еще один виски и прикуривает “ламберт-и-батлер”.

— Убей суку, — проговаривает он.

Банни-младший открывает глаза и приглушенным голосом, доносящимся откуда-то из мягких сгустков сна, спрашивает:

— Что ты сказал, пап?

— Убей суку, — повторяет Банни, но мальчик уже закрыл глаза.

Потом у телевизора как будто пропадает звук, и лицо ведущего, парня с пышной желтой челкой и в костюме цвета салатных листьев, плавно преобразуется в ревущую морду мультипликационной лошади, или хохочущей гиены, или кого-то еще вроде этого, и Банни с отвращением закрывает глаза. Он вздрагивает от очередного воспоминания: Либби стоит в их маленькой кухоньке, ее глаза покраснели, она страшно растеряна и не может поверить в происходящее, в руках она держит ребенка и телефонную трубку.

— Это правда? — в упор спрашивает она Банни.

Она говорила по телефону с Сабриной Кантрелл, которая позвонила сообщить Либби о том, что ее муж пытался облапать ее, Сабрину, у них на кухне и что, вероятнее всего, он какой-то извращенец или типа того.

Банни ничего не ответил, он опустил голову и рассматривал однотонный клетчатый линолеум на полу кухоньки.

— Почему? — всхлипнула она.

Банни искренне не имел ни малейшего представления о том, почему, и, покачав головой, так ей и сказал.

Он отчетливо помнит, как малыш, маленьким принцем расположившийся на руках у Либби, поднял кулачок, который большую часть времени пребывал у него во рту, разогнул указательный палец и ткнул им в сторону Банни. Банни помнит, как посмотрел тогда на сына, и ему тут же нестерпимо захотелось пойти в “Фитилек” с Пуделем. После шести кружек Пудель дружески обнял Банни и, обнажив акульи зубки, сказал:

— Не волнуйся, Бан, она привыкнет.

Банни открывает глаза и видит, что мальчик встал и сидит на краю кровати, вид у него встревоженный.

— Пап, что случилось? — спрашивает он.

Но прежде, чем Банни успевает придумать ответ, телевизор неожиданно оживает, из него вырывается волна оглушительной музыки, и кто-то кричит: “Подъем! Подъем!” Отец и сын оглядываются на экран и видят рекламу базы отдыха Батлинс в Богнор Регис. Фотографии, помещенные в желтые рисованные звездочки, сменяют друг друга, демонстрируя весь спектр развлечений, которые предлагает база отдыха, — аттракцион, имитирующий электрическую бурю, Императорский танцевальный зал с алыми портьерами и одетыми в смокинг музыкантами, бассейны крытые и открытые, известный на весь мир монорельс, поле для гольфа, вечерние викторины для взрослых, гигантского кролика из стекловолокна, который стоит на карауле возле бассейна, Форт Апачей, Веселый Театр и зал игровых автоматов. Улыбающиеся сотрудники в фирменных красных костюмах провожают улыбающихся посетителей к их отдельно стоящим домикам, и в довершение всего на экране гипнотически мигает розовым неоном девиз базы отдыха Батлинс: “Наша главная задача — доставить вам наслаждение”. Глаза Банни расширяются до размера небольших блюдец, рот изумленно раскрывается.

— Чтоб я сдох, — восторженно произносит он. — Батлинс. Он слегка приподнимается на кровати и втыкает в рот новый “ламберт-и-батлер”.

— Кролик, ты видел? Батлинс!

— Что такое Батлинс, пап?

Банни зиппует сигарету, тычет пальцем в телевизор и с шумом выдувает из себя дым.

— Батлинс, — говорит он, — это лучшее гребаное место на земле!

— А что это такое, пап?

— Это база отдыха, — объясняет Банни. — Меня туда возил отец, когда я был маленький. Вспомнив об отце, Банни чувствует, как внутри у него кто-то поворачивает крюк мясника. Он смотрит на часы и морщится.

— Мой бедный старый папа, — еле слышно произносит он.

— Почему это самое лучшее место на земле? — спрашивает мальчик.

— Тебе никто никогда не говорил, что ты задаешь слишком много вопросов?

— Говорили. Банни дотягивается до прикроватного столика, хватает виски и, театрально размахивая бутылкой, говорит:

— Погоди-ка, сейчас налью себе и тогда расскажу. Банни выплескивает виски в стакан и откидывается на спинку кровати.

— Только слушай как следует, — говорит он со значением. Банни-младший несколько раз энергично кивает головой — так, что кажется, она сейчас оторвется от шеи — и обваливается навзничь на кровать, широко раскинув руки, закрывает глаза.