Кэтрин Хайд - Заплати другому

– Да я только собиралась еще чашечку выпить, Арлин!

Арлин сграбастала кофеварку, выдернув на ходу шнур из розетки в стене. Там бултыхался кофе еще порции на три.

– Пей на здоровье! – воскликнула она, вручая все это хозяйство Лоретте.

– Так. Не мне рушить головой кирпичную стену. – Только черта с два она не возьмет кофеварку с собой.

– Привет, мам! Зачем ты отдала Лоретте кофеварку?

– А-а. Ничего особенного, милый. Послушай. Сейчас занятий в школе нет, ты когда-нибудь видишься с мистером Сент-Клером?

– А то, мам. Часто с ним вижусь.

– Где именно?

– К нему домой езжу.

– А-а. Надо бы нам сделать это. Когда-нибудь.

Вместе.

– Ладно. Прямо сейчас?

– Ну. Может, не сразу сейчас.

– Почему не сейчас?

– Я не звонила, не предупреждала.

– Я никогда не звоню. Просто сажусь на велик и еду.

– Ну, ты – другое дело, милый.

– Какая разница?

– Э-э. Дай подумать минуточку.

По пути в машине, которая в последнее время тревожно рычала и дребезжала, Арлин вновь принялась расспрашивать:

– Тревор, ты когда приезжаешь туда… и говоришь с ним… он когда-нибудь… ну вроде… спрашивал обо мне?

– Ага.

– Сколько раз?

– Всякий раз.

– Правда?

– Ну да. Правда.

– О чем он спрашивал?

– Ну, он всякий раз говорит: «Как мама поживает, Тревор?» – а я тогда говорю: «О-о, отлично, у нее все отлично». А он тогда говорит: «Так. Тревор. Она когда-нибудь спрашивает обо мне?» – Повисла долгая пауза. – Если он попросит тебя выйти за него замуж, пойдешь?

– Пока он не спрашивал меня об этом.

– Если бы спросил?

– Не спросит. Может, поговорим о чем-нибудь другом? – В любом случае пора было менять тему беседы. Ехать было не очень далеко.

Когда открылась дверь, Тревор ринулся в проход, словно жил здесь.

– Привет, Рубен! – выкрикнул он на ходу.

– Привет, Тревор. Арлин? Вот так сюрприз.

Он был в тренировочном костюме и небрит, что выглядело странновато, поскольку щетина у него росла только на одной стороне. И вид у него был печальный. Не то чтобы хоть что-то из этого трогало Арлин, ее занимало совсем другое: как же сильно она соскучилась. Чувство было громадным, тяжелым, едва ли не больше, чем могла удержать душа.

– Извини, я не позвонила заранее, но… – «Но» что, Арлин? Ты как собираешься закончить фразу? Но я не хотела дать тебе возможность сказать «нет». Не беспокойся. Или, того хуже, услышать, как он произносит ее имя, до того жутко, как обычно начинают фразу, которая причинит дикую боль.

– Да ничего страшного. Проходи.

Она вошла и встала: чувствовала, что не в себе, понимала, что Тревор наблюдает за ней, и не знала, что сказать. Того, что было в прошлый раз, не будет. Они распаковывали вещи, и Тревор был полностью погружен в иной мир. У нее и сил-то недостанет поговорить нормально. Но, коли на то пошло, утешала она себя, у него тоже.

– Тревор, с каких пор ты стал звать мистера Сент-Клера по имени? Я тебя не так воспитывала.

– Он сказал мне, что можно. Только летом. Когда осенью в школу вернусь, то в классе я обратно переключусь.

– Это правда, я позволил.

– А-а. Ладно.

Где-то на свете, Арлин знала, были еще слова. Если б только она сумела их найти! Она присела на краешек дивана, и он принес имбирный эль. Молчание разрослось до того, что, казалось, кроме него во всем доме ничего не было.

Тревор спросил:

– А где Мисс Лайза?

– Я ее давненько не видел. Думаю, она на заднем дворе, птиц пугает.

– Пойду посмотрю. – Мальчик бурей унесся, предоставив Арлин место для ведения разговоров, чего теперь уже не хотелось.

– Арлин, я…

Она быстро вскочила, так что он не успел договорить того, что высказал бы, не прояви она заботу:

– Как же я скучала без тебя!

– В самом деле? – В голосе звучало удивление.

– О, да! Мелочи всякие. Успела привыкнуть, что ты рядом.

– А что за мелочи?

– А-а, просто, ты ж понимаешь. – И знала: не понимает. – Вроде забавных сообщений, которые ты оставлял на автоответчике или еще где. Ни одного не помню дословно, только они были забавными. Мне не хватает такого.

– Сожалею, что не позвонил. Столько всего в голове накопилось.

– Ну да. И у меня тоже. – «Ну да. Все они так говорят».

Она вытянула руку и притронулась к его правой щеке. Колючей от щетины. Дурочкой себя выставляла, понимала это, но все было нипочем. Она едва не была готова молить. Каждый считает немыслимым, но где-то в глубине сознания она понимала: люди все время так поступают. Прислушайтесь хотя бы к популярной музыке – и вы услышите. Я на колени паду пред тобой. Молить мне гордость не помеха. Детка, молю тебя – не уходи [34] Слова из песни «Ain’t Too Proud to Beg» группы The Rolling Stones. …