Кэтрин Хайд - Заплати другому

– Почему вы стараетесь мне помочь? – Спрашивая, она не смотрела на него. Наклонившись вперед, вглядывалась и вглядывалась в палубу чудовищного грузового судна, проходившего внизу. Появилось ощущение, будто платформа до ужаса сузилась.

– Хорошо еще, что ты прямо туда не кинулась. Какого-нибудь палубного матроса сильно бы огорчила.

– Очень смешно.

– Порой надо пошутить. Что еще остается?

– Именно так я и твержу все время. А люди убеждают меня, что я веду себя неподобающе. Мой психотерапевт говорит, что я минимизирую собственную травму.

– Хочешь, пойдем возьмем по чашке кофе и поговорим об этом? Я угощаю.

Шарлотта покачала головой. Судно уже ушло вперед и вдаль, полностью видимое, оставило за собой темную полосу воды прямо под ними.

– Знаете, это самое красивое во всей этой красоте, – произнесла Шарлотта.

– Что?

– Вот эта черная вода. Прямо там, внизу. Очень убаюкивающая тьма.

– А-а, вот тут-то ты теперь и ошибаешься. Только дождись, когда внизу окажешься. Это отвратительная тьма. Очень холодная. Непрощающая. Тебе она ничуть не понравится.

– Это лучше, чем там, где я жила. А вот вам-то откуда знать?

– Эй, я был внизу. Не похож, по-твоему, на такого, кто там был? Считай, говорю, все, что может случиться с человеком плохого, случилось со мной. Моя жизнь – дерьмо.

– Ну, спасибо большое, Джерри. Что спустились сюда убеждать меня, будто жизнь стоит того, чтобы жить.

– Понимаешь, в том-то все и дело. – Он поплотнее укутался от холода в темное ветхое пальто. Лоскут порванной подкладки свисал на джинсы. – Я что хочу сказать? Если моя жизнь стоит того, чтобы жить, тогда твоя должна быть лучше, чем ты думаешь.

– Э, мистер, вы знать ничего не знаете про мою жизнь. Вы представления не имеете, через что я прошла.

– Не имею, это правда. Но предложение все ж остается. Мы идем, берем по чашке кофе, и ты можешь мне про все рассказывать.

Шарлотта не отвечала. Слезы полились, побежали по лицу, слегка щекотя, когда срывались с подбородка. Она уж и не помнила, когда такое случалось. Подалась вперед, давая слезинкам падать в темную воду. Так далеко внизу.

– Я расскажу небольшую историю, Шарлотта Ренальди. Хочешь, слушай, а хочешь, нет. Несколько месяцев назад я оказался на таком дне, на каком в жизни не бывал. Даром что с тех пор я еще ниже упал. И один человек, кого я и не знал даже, пришел и постарался мне помочь. Прямо из ниоткуда. Дал мне денег на еду и новую одежду, чтобы я работу получил. Слышать не хотел, чтоб я с ним деньгами расплатился. Мне полагалось сделать что-то большое-большое еще трем людям. Называется это «заплати другому». Только прикинь, что бы с этим получилось, если бы люди на самом деле так поступали. Вот, скажем, ты не прыгнешь. И ты отплатишь добром трем людям. А они – девяти, а те – двадцати семи. А потом еще двое, кому я, может, сумею помочь, они тоже свой вклад внесут. Ты только подумай. Пройдет немного времени, и никому больше не понадобится прыгать с моста, потому как там найдется кто-то, кто будет ждать случая вернуть долг доброты, ты понимаешь?

Как бы то ни было, я все испортил. Помощь получил и бучу устроил. Было до того стыдно, что я пацану в глаза смотреть не мог.

– Это был мальчик?

– Ага, как тебе это?! Пацан двенадцати лет от роду. Всего месяцы, как из детишек выбился, верно? Только потом я подумал: ну, ладно, я все испортил. Я, говорю, трус, Шарлотта, наркоша. И навсегда останусь наркошей. Никогда не бывать мне приличным, уважаемым гражданином. Но потом я подумал: черт побери. А ну-ка все равно «заплачу другому». Пацан попытался мне помочь. Ладно, не получилось. И все же я стараюсь помочь тебе. Может, ты прыгнешь. Я не знаю. Но я старался, верно? Только позволь, я одну вещь скажу. Однажды утром я проснулся – и кто-то дал мне шанс. Прямо из ниоткуда. Это было как чудо. Так откуда тебе знать, что завтра того же не случится и с тобой? Откуда тебе знать? А ну как сиганешь ты в холодную как лед воду, а получится так, что завтра тебе и явится это большое-большое чудо? Ты прозеваешь его. Неужто локти кусать не станешь?

Шарлотта машинально вытерла нос рукавом.

Всхлипнула еще разок, потом громко рассмеялась:

– Нет, Джерри, думается, не стану. Я уже мертвой буду. Я уже никогда больше не стану локти кусать.

– Как знаешь. – Он отошел, собираясь уйти.

Шарлотта подняла взгляд, гадая, что ей дальше-то делать. Сможет ли он на самом деле обратно подняться? Наверное. Но понимала: она не сможет. Надо будет вес всего тела на руках подтянуть. «Только с чего это у тебя в мыслях такое? – удивилась она. – Передумывать стала?»