Пол Теру - Отель «Гонолулу»

На следующий вечер, когда мои работники закончили смену, я вновь попросился в игру. Место Пи-Ви на этот раз занял Трей, Марлин глядела все так же угрюмо. Трею не понравился мой «бордюр», мне его «хихи», но мне пришлось допустить и это, и многое еще: «ойё», «гас», «йя» и «ето». Кеола лидировал с большим отрывом. Трей выставил «алл» и зыркнул на меня.

Я не стал оспаривать это нововведение, но с торжеством превратил его недослово в «валлийский».

Марлин заурчала, качая головой.

— Это прилагательное. Относится к Уэльсу.

Марлин торопливо пролистывала «Словарь американской культуры». Она приволокла его с собой в пластиковой сумке на случай, если повторится такая ситуация, как накануне с shim. Сунув толстый том прямо мне под нос, она с торжеством сообщила: нет такого слова.

Проиграв спор, я заодно потерял и ход. Когда опять настала моя очередь, я выставил «эрго».

— Забавно как-то звучит, — поставил под сомнение мое слово Кеола, но я полистал словарь и предъявил ему:

— Это значит «следовательно» на латыни.

— Латынь! Телигентно! — фыркнула Марлин, выставляя пау.

— Я знаю, на Гавайях это слово означает «конец», — кивнул я, — но точно могу сказать: в словаре такого слова нет.

— Чертов расистский словарь! — взорвалась Марлин. — В школе учительница нас колотить, когда мы говорить гавайские слова.

— Вероятно, она хотела, чтобы вы научились говорить по-английски.

— Она быть глупая хаоле, как и ты! — Глаза Марлин сверкали от злости.

Трей пока что поставил «Дион» и пояснил скромно:

— Селин [54] Селин Дион (р. 1968) — популярная канадская певица. .

Марлин, все еще кипя, отозвалась о ней так:

— Сука хаоле. Лицо как кобыла.

— Такая кобыла я бы трахать, — размечтался Кеола.

Трей объявил, что игра окончена, и присыпал мои раны солью:

— Игра пау.

Мы сосчитали свои очки, Трей оказался первым, Марлин заняла второе место, Кеола третье, а я — снова последнее.

В третий вечер Марлин играть отказалась, но Милочка сказала, что любит скрэббл — для меня это было новостью. Итак, мы с Милочкой, Пи-Ви и Кеола вновь уселись вокруг доски, передавая друг другу носок, вытаскивая буквы, создавая слова, которые мало походили на слова, — jim, hink, dred, carni. Мне было все равно. Я радовался, глядя, как на моих глазах рождается новый лексикон. Пи-Ви попытался меня остановить, когда я выложил очередное латинское словечко — quod — и был разочарован, отыскав его в словаре. Он пропустил ход, но все еще был впереди, ибо он знал (а я нет), что ern — это морской орел, ai — трехпалый ленивец, a dzho — разновидность яка.

Сделав с помощью «а» в ai «фига», Милочка сказала:

— Это настоящее слово, богом клянусь, — и, протиснув большой палец между указательным и средним, выбросила кукиш вверх — я-то узнал этот жест, но откуда ей он был знаком?

— Серфингисты все время так делать, — закивал Кеола, — которые из Бразилии.

Кеола сделал roop, Пи-Ви — fi (часть hi-fi, по его мнению), я ломал себе голову, что делать с буквой х, и выставил, наконец, ахе, тут Кеола заметил, что на другой стороне доски я мог бы сделать axle. Пи-Ви поставил casa, слово если не латинское, то испанское, но я не стал спорить, поскольку он на одну клеточку не дотянул до красного квадратика, утраивавшего цену слова. И тут Милочка заняла этот уголок буквой l , сделав casal, прибавила себе тройную сумму очков и сказала:

— Буквы кончаться. Я выиграть.

— Погоди-ка погоди, — заспорил я.

Милочка захихикала и пояснила:

— Casal — это большая кровать. Двойная большая кровать. «Кинг-сайз».

Я воззрился на свою супругу, а Кеола подлил масла в огонь:

— На которой вы делать пум-пум.

— Бразильское слово, — продолжала Милочка. — Как «фига».

— Откуда ты все это знаешь? — возопил я.

— Умная очень, вот и все.

Я почувствовал, как прихлынула кровь, жаром заливая лицо, и предпочел не спрашивать о бразильском серфингисте, который выучил мою жену всем этим словам. Пи-Ви, тихонько листавший словарь, вовремя отвлек общее внимание и всех потешил, отыскав в словаре мое имя.

— Пример употребления! — провозгласил он, тыча в меня пальцем и поворачивая страницу так, что все могли прочесть мою фамилию. — Его приводят в пример, как надо говорить, а он все проигрывает!

Больше я не садился за эту игру — не только потому, что, играя в скрэббл, я обнаружил, что мои работники меня недолюбливают, а у моей жены есть прошлое, но и потому, что вполне усвоил мысль, высказанную Кеолой мне в утешение: