Ян Пужицкий - Великий Шу

— И ты думаешь, что я тоже этого хочу?

— Нет. Пока нет. Но я постараюсь сделать так, чтобы вы этого захотели. Я же вяжу, что карты вас уже не интересуют. Я не знаю, почему, но не интересуют совершенно. Вас интересует что-то другое, иначе вы не показали бы мне ни одной своей даже самой простенькой штучки.

Парень был совершенно прав. Никогда прежде он не сделал бы ничего подобного. Он попросту откупился бы от парня, то есть заплатил бы за услуги или же отделался бы шуткой, в общем, отвязался бы, даже не подумав посвящать его в тайны своего ремесла.

— Но если вам это богатство уже не нужно, то что же держать его при себе вхолостую? Отдайте его мне! Вам оно не нужно, а мне нужно!

«Весьма нахально,— отметил про себя Петр,— но хорошо, что хоть откровенно».

— Ты думаешь, это так просто? — Петр подошел к окну.— И еще — знаешь ли ты, что на этом свете за все придется платить?

— Я все для вас сделаю! — с жаром воскликнул Юрек.

Петр махнул рукой.

— Я не о том. Ты не понял. Да мне от тебя абсолютно ничего и не нужно.

Юрек встал, тоже подошел к окну и кивнул на внутренний дворик с бассейном.

— Здесь совсем другой мир. Вы думаете, что я для него не подхожу?

— Этого я не знаю.

— Ну пожалуйста, устройте мне хотя бы одну игру. Настоящую.

«Он еще и упрям. Хорошая черта»,— подумал Петр и вспомнил, что вчера на лестнице встретил двух профессионалов. Здесь, во Вроцлаве, их называли «ястребами», хотя по смыслу это было неправильно — ястребы, эти прекрасные хищные птицы, не кидаются на любую добычу, как они, и не подбирают падаль. Ни в какие деловые отношения с Юреком Петр Грынич, разумеется, вступать не собирался, но из чистого духа противоречия самому себе решил дать ему этот мизерный шанс, хотя, честно говоря, прекрасно понимал, что это всего лишь удобный способ избавиться от совершенно не нужного ему восторженного поклонника покера.

— Возможно, ты и прав. Иногда бывает полезно после мечтаний столкнуться с реальностью. Здесь, в отеле, есть двое таких, которые устроят тебе холодный душ. Чтобы иллюзий больше не было.

Говоря все это, Петр с удивлением наблюдал, как лицо Юрека расплывается в счастливой улыбке. Ему стало жаль этого парня.

Он еще не знал причины, которая заставила его сделать это. Он поступал вопреки своим принципам, опыту и всей жизненной философии. Но, как ни странно, это приносило ему облегчение. Он делился некоторыми своими секретами и чувствовал, как возбуждение парня передается и ему. Во всем этом был какой-то мазохизм, поскольку он совершенно точно знал, что у Юрека в игре с «ястребами» шансов нет.

Он еще раз показал ему крапленую колоду, и еще раз Юрек безуспешно пытался найти пометки на «рубашке».

— Смотри, в чем тут дело.— Шу взял у него карты.— Как и во многом другом, главное — психология. Наш глаз всегда стремится увидеть то, что хочет увидеть. Поэтому даже интеллигентный и живой человек бывает слеп. В своем сознании он уже представил себе будущий образ и ищет именно его. На этой «рубашке» ты ищешь какой-то отчетливый знак и не находишь. Твой глаз теряется во множестве линий, поперечных полосок и быстро устает. Не увидев того, что искал, ты перестаешь замечать что бы то ни было. Забудь теперь о своих представлениях и посмотри еще раз. Какого цвета «рубашка» у карт? Красная? Вообще-то правильно, но знаешь, какое количество оттенков красного различает, например, художник? Так и здесь: вот линия ярко-красная, как будто проведенная киноварью, рядом — блеклая, как будто сделанная сангиной, вот алая, вот почти оранжевая, эта — уже не красная, а, скорее, коричневая, а вот — просто белая, но в нашем глазу вся гамма складывается воедино, и мы утверждаем: «рубашка» красного цвета. Посмотри,— он взял ручку и провел по бежевой линии, пересекающей всю карту,— откуда здесь взялась вот эта интенсивно-пурпурная полоска? Во всем орнаменте аналогичных полосок нет, значит, она не фабричного производства. Видишь?

— Ох, зараза! — выдохнул Юрек.

Шу рассыпал карты по столу:

— Итак, подряд: семерка, восьмерка, девятка... до туза. Понял?

Юрек пододвинул карты к себе и стал угадывать. С первого же раза получалось неплохо.

— Черт меня дери! — закричал он.— Это же так отчетливо видно!

— Потому что ты знаешь, что ищешь. Если у тебя хорошее зрение, то можно угадывать карты метров с трех, а то и с четырех.

— Отлично! — продолжал ликовать Юрек.— А они этого не знают?

— Не думаю,— пожал плечами Петр.