Гарольд Роббинс - Пират

Она начала чувствовать болезненную реакцию своего тела на передряги минувшей ночи. Она все еще ощущала тряску и подскоки мотоцикла на неровностях дороги, когда они мчались в предрассветных сумерках к Каннам. Она велела Жерару остановиться у вокзала в центре города. Там всегда бывали таксомоторы.

Предложила ему еще денег, но он не взял:

— Вы мне уже дали достаточно, — сказал он вежливо.

— Спасибо, — сказала она.

Он включил передачу:

— Найдите меня, когда вернетесь в Сен-Тро.

— Найду. И еще раз спасибо.

Он забрал у нее каску и приторочил к заднему седлу.

— Гуд бай! — он шумно газанул и помчался.

Она видела, как он свернул за угол по направлению к морю, затем подошла к первому же такси в очереди и села в машину.

В начале шестого было совсем светло, когда она вошла в свою спальню на вилле. Ее чемоданы, аккуратно уложенные, но еще открытые на тот случай, если она захотела бы положить что-то еще в последний момент, стояли у стены. На ночном столике под лампой лежала записка ее секретаря. Она взяла ее. Немногословно. Обычный стиль Дайяны:

«Отъезд — 9.00

Отъезд Ницца — Париж — 10.00

Отлет Париж — Лос-Анджелес — 12.00

Расчетное время прилета — 16.00. Время местное».

Она еще раз поглядела на часы. Если завтракать вместе с мальчиками в семь утра, то не было смысла ложиться в постель. С большим успехом она сможет поспать в самолете.

Она пошла в ванную, открыла аптечку и взяла патрончик с таблетками. Забросила в рот дексамил и проглотила с глотком воды. Это поможет ей продержаться на ногах по крайней мере до отлета из Парижа.

Медленно она начала раздеваться. Посмотрела на себя голую в большом зеркале, встроенном в стену в ее туалете. На ее грудях были слабые синяки в тех местах, где их сжимал Жерар, но в полумраке они будут незаметны, а днем их легко замаскировать косметикой. Ее живот бы еще достаточно плоским, и не было избыточной полноты на ее бедрах и ягодицах. Она провела рукой по светловолосому треугольнику. Легкие мурашки пробежали по телу, стоило ей вспомнить, как этот черный взял ее. Никогда не подумала бы, что может кончить столько раз подряд. Она вернулась к аптечке и достала пакет массенгила. Надо проспринцеваться, это успокоит раздражение, которое она все еще чувствовала.

Пока она разводила препарат, другая мысль обожгла ее мозг. А вдруг у негра была венерическая болезнь? Возможность подцепить всегда есть. В особенности от «би», о чем она знала. Она где-то читала, что среди гомосексуалистов наибольший процент венерических больных. Снова полезла в медицинский шкафчик. На этот раз проглотила две таблетки пенициллина. Положила пузырек в свою сумку, с тем чтобы не забывать принимать в течение нескольких дней.

Дексамил начинал действовать, и она, закончив гигиенические процедуры, шагнула под душ. Горячая-холодная, горячая-холодная, горячая-холодная — три раза, как ее научил Бейдр. Когда вышла из-под душа, она чувствовала себя такой свежей, будто проспала целую ночь.

Села за туалетный столик и начала медленно накладывать макияж. Потом не спеша оделась и спустилась вниз в столовую, присоединиться за завтраком к детям.

Они были удивлены, увидев ее. Она не имела обыкновения завтракать вместе с ними. Вместо этого они сами приходили к ней в комнату, когда она просыпалась, обычно это бывало к ленчу.

— Куда ты, мамочка? — спросил Мухаммад.

— Я собралась встречать папу в Калифорнии.

Личико его просветлело:

— И мы тоже с тобой?

— Нет, милый. Это такое короткое, недолгое путешествие. Через несколько дней я вернусь.

Он был явно расстроен.

— А папа тоже прилетит с тобой?

— Не знаю, — сказала она.

И это была правда. Она не знала. Бейдр просил только о встрече с ним. Он ничего не сказал о дальнейших своих намерениях.

— Я надеюсь, он тоже приедет, — сказал Самир.

— Я тоже надеюсь, — сказала она.

— Я хочу, чтобы он послушал, как мы хорошо говорим по-арабски, — сказал младший.

— Ты ему расскажешь, мама? — спросил Мухаммад.

— Расскажу. Папа будет очень рад вашим успехам.

Оба мальчика заулыбались.

— Еще скажи ему, что мы очень скучаем, — сказал Мухаммад.

— Скажу.

Самир посмотрел на мать.

— А почему наш папа не приходит домой, как другие папы? У моих товарищей папы приходят каждый вечер. Он нас не любит?

— Папа любит вас обоих. Но папа очень занят. Он должен очень много работать. Он хочет приходить домой и видеть вас, но не может.

— Я хочу, чтобы он приходил домой, как другие папы, — сказал Самир.