Гарольд Роббинс - Пират

Бен Эзра посмотрел на него:

— Али Ясфир был связан с этим предложением?

Настала очередь Эшнева удивиться:

— Каким образом это стало вам известно?

— Да никаким, — сказал старик. — Но Ясфир только что объявился в одном из учебных лагерей «Аль-Ихва» в Ливане с тем, кого они назвали самым важным рекрутом, которого им когда-либо удавалось залучить. Дочерью самого богатого в арабском мире человека. У этого человека есть дочь?

— У него две дочери, — сообщил Эшнев. — Одна замужем и живет в Бейруте вместе с матерью, бывшей женой Аль Фея. Младшая учится в школе в Швейцарии.

— Вы в этом уверены? — спросил Бен Эзра.

— Мы не слышали опровержений, — ответил Эшнев. — Но мы довольно легко можем все это проверить.

— Есть у него другие дети?

— Да. Двое сыновей от его нынешней жены, она американка. Старшему теперь десять; принц Фейяд назначил его престолонаследником.

— Значит, если девчонка в их руках, они могут иметь ключ и к Аль Фею, — сказал Бен Эзра.

— Вероятно.

— Я посмотрю, что можно будет выведать на Синае, — заключил Бен Эзра. — А вы используйте ваши источники.

— Так мы и будем поступать, — отозвался Эшнев.

— Договорились, — добавил Смит.

— И все-таки для нас остается невыясненным важный вопрос, — продолжил Эшнев. — Когда, по-вашему, они смогут начать наступление?

Бен Эзра взглянул на него и твердо сказал:

— Сразу после праздника Рамадана.

Эшнев не смог сдержать возмущение, прозвучавшее в его голосе:

— Это же рядом с праздниками Рош-Гашана и Иом-Кипур. Они не посмеют! Уважение к законам Моисея остается важной частью их религии тоже.

Бен Эзра встал.

— Но не столь важной, как для нашей.

Эшнев взглянул на него:

— Если они придут, мы будем готовы к отпору.

— Я на это надеюсь, — сказал старик. — Но есть варианты и получше.

— Превентивный удар? — уточнил Эшнев и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Вы же знаете, мы не сможем. Этого не допустят наши союзники.

Бен Эзра посмотрел на него, потом на американцев:

— Как знать. Если поймут, что без нас они потеряют свою силу на Ближнем Востоке… Шестой флот ведь не может пройти пустыню и оккупировать нефтеносные районы.

— Государственный департамент уверен, что в обозримом будущем наступление арабов невозможно, — твердо заявил Харрис.

Бен Эзра улыбнулся. Посмотрел на человека ЦРУ.

— Вы придерживаетесь такого же мнения?

Смит не ответил. В его амплуа не входило делать официальные заявления.

Бен Эзра обратился к американскому военному:

— Закончена установка на Суэцком канале и Голанских Высотах новейших русских ракет типа «Земля-Воздух». Я видел их собственными глазами. Вы согласны, что момент атаки настает, когда ваша собственная оборона наготове?

Уэйгрин согласно кивнул:

— Полагаю, что так оно и есть.

Бен Эзра окинул взглядом сидящих за столом:

— Так вот: они готовы. — Он сделал небольшую паузу. — Все, за чем теперь дело стало, — это занять боевые порядки.

— Каким образом мы узнаем об их готовности? — спросил Эшнев.

— Мы не узнаем, — пожал плечами старик. — Пока они не нанесут удар. Пока…

— Пока что?

Старик как будто задумался о чем-то своем. Казалось, воспоминания унесли его далеко отсюда… потом взгляд снова прояснился.

— Вам это может показаться чудачеством, но в моих стариковских костях есть предчувствие, что ответ мы можем найти в Аль Фее. Ветры, что дуют над пустыней, больше не зарождаются на Востоке — они прилетают с Запада. Арабские шейхи пробудились от спячки и осознали силу своего богатства. Настает конец русскому влиянию. Они не видят своего будущего в коммунизме. И контроль над Ближним Востоком — это только начало. Если они по-умному вложат свои капиталы, они вскоре смогут взять в свои руки контроль над всем миром, не сделав ни единого выстрела.

Он еще раз обвел взглядом молчаливо сидевших за столом.

— Мне очень не хотелось бы вас огорчать, джентльмены, но факт остается фактом: Исламу стало не до нас, это только вопрос самолюбия. Они должны одержать хоть какую угодно малую победу, хоть как-то вернуть достоинство. Большой удар будет нанесен, когда сражения закончатся. — Он обратился к американцам: — Мы нуждаемся в вашей помощи. Сейчас. Потом вы будете нуждаться в нашей.

Харрис был вежлив, но не без сарказма в голосе:

— Что наводит вас на такую мысль?

— А то, что мы более чем кто-либо в мире понимаем их, — сказал старик, и черты его лица приобрели вид хищный, как у ястреба. — А еще потому, что в действительности реальный объект их удара вы, а не мы.