Колин Маккалоу - Горькая радость

— У меня дела обстоят не лучше: три сестры, один зять, отец и мачеха с умственным расстройством, двое мужчин, которые не являются моими зятьями, но дружат с моими сестрами, и еще дюжина женщин, которых нельзя не пригласить. Вот что для меня означает скромная свадьба. И к тому же мой отец наверняка захочет сам обвенчать нас в своей церкви.

— Вот так сюрприз! Ваш отец священник?

— Он пастор англиканской церкви, и у него огромный приход в Новом Южном Уэльсе. Я знакома с десятком епископов и архиепископов, которые держали меня в детстве на своих порфироносных коленях.

— Господи, Эдда, я знал, что вы превосходный вариант, но чтобы настолько!

— Единственное, что может не устроить вашу семью, так это отсутствие у меня денег. В остальном мое происхождение безупречно. Что касается роскошной свадьбы, дорогой Росон, то мой отец просто не может себе ее позволить.

— О роскошной свадьбе речь вообще не идет, — заявил Росон, с ходу отметая подобную перспективу. — Нет, моя дорогая Эдда, принимая во внимание наши зрелые годы, лучшим вариантом будет тайное бракосочетание. Возможно, наши семьи будут недовольны, но потери понесут обе стороны, так что всем будет не так обидно. Пусть суматоха начнется после бракосочетания, которое состоится через месяц в Мельбурне в бюро записей актов гражданского состояния.

— Может быть, лучше Мордиаллоке?

— В Мордиаллоке? Почему именно там?

— Просто мне нравится название.

— Я уважаю ваши вкусы, моя непредсказуемая подруга, но расписываться мы будем здесь, в самом сердце Мельбурна, — твердо сказал Росон. — Потом сядем на океанский лайнер, плывущий в Калифорнию, и проведем медовый месяц в этом легендарном месте. И пусть буря разразится в наше отсутствие. Родственники, друзья, коллеги и враги узнают обо всем одновременно. Здесь будут царить шок, ужас и изумление, но нам-то что за дело, если мы отдыхаем в обществе голливудских звезд? Окунемся в реальность, когда вернемся. — Росон вдруг по-мальчишески подмигнул. — Ну и кутерьма начнется! Но мы будем слишком заняты, чтобы обращать внимание: вы — учебой в университете, а я — политикой.

— Как же для вас важна политика! Надеюсь, я буду вам хорошей женой, — с оттенком сомнения сказала Эдда.

— Моя драгоценная Эдда, в вашем лице я хочу показать этой стране, какой должна быть жена политика. Вы умны, раскованы, умеете поддержать беседу, потрясающе выглядите, а когда станет известно, что вы делаете профессиональную карьеру, мои коллеги просто позеленеют от зависти. Если журналист задаст вам вопрос, вы не растеряетесь, и он получит достойный ответ. — Росон перевел дыхание. — Оба моих брата женились на девушках из общества с хорошим приданым, но их жены скучны, неинтересны, плохо образованы и подчас просто вредят репутации мужей. С вами никогда такого не случится! Вы будете привносить остроту в политические будни. Я не собираюсь мешать вашей медицинской карьере, но тем не менее рассчитываю на вашу поддержку.

— Всегда к вашим услугам, — улыбнулась Эдда. — Подумать только, через пять лет я смогу стать врачом! Но практику открою под своим именем. Могу представить, как будут озадачены бедные пациенты, записываясь на прием к леди Шиллер! Обещаю полностью вписаться в ваш мир. Через какое время мы сможем расписаться?

— Через месяц. Пока на вашем пальчике не появится обручальное кольцо, вы поживете внизу. Кстати, какое вы хотите — с рубином?

— Нет, я бы предпочла изумруд. Рубинами в Корунде никого не удивишь.

— Пусть будет изумруд. Завтра утром я познакомлю вас со своими секретарями — Джоном Виньятсом и Карлом Эйнманом. Вы можете полностью на них положиться. Они единственные, кто в курсе дела. Вам откроют счета в магазинах, в том числе в книжных. Пока они будут на ваше теперешнее имя, но после замужества их переоформят на леди Шиллер.

— Леди Эдда, — мечтательно произнесла она и рассмеялась. — Звучит как-то нереально.

— Так оно и есть. Вы не леди Эдда, а леди Шиллер. Только дочери герцогов и маркизов имеют право называться «леди» в сочетании с именем, данным им при рождении. Жены рыцарей такой привилегии не имеют.

— Как интересно! Я уже начинаю учиться.

— Вы можете носить лису и соболя, но только не норку, — заявил Росон, скорчив смешную рожу. — Норка грубовата на ощупь и выглядит слишком по-голливудски.

— Главное, медицина! — воскликнула Эдда, давая понять, как мало значат для нее меха. — Росон, я вам так благодарна за этот шанс. Я хочу специализироваться на хирургии, общей и брюшной. Нейрохирургия тоже интересна, но для нее я немного старовата. Слишком сложная область.